Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
В памяти всплыл «жизнеутверждающий мотивчик» про венерические болезни и безысходность, который Егор, не удержавшись, тут же и промурлыкал себе под нос. Анюта порывисто вдохнула, фыркнула, и в следующую секунду плечи ее затряслись. Игорек крякнул, Женька не отнял глаз от телефона – этот перец к черным шуточкам своего коллеги давно привык. У Вадима отвисла челюсть, Новицкая опять чуть не расплескала на себя алкоголь, а в голове малой, которой с неделю назад он сообщил, что абсолютно здоров, явно усиленно завертелись шестеренки. Прищуренный, полный осуждения взгляд сообщал ему: «Оригинально, но шутить такие шутки так себе идея – еще накликаешь». Девчушка захлопала ресницами, определенно до конца не осознавая, чем таким конкретным он «болеет». Однако понимание, что с этим типом лучше не связываться – потом проблем не оберешься, – постепенно проступало под наращенными ресницами. — Ой! Как же так? А это лечится? – пропищала она, на всякий случай делая шаг назад. Mission completed[85]. — Не-а, – на голубом глазу соврал Егор. Ну, сама виновата, дурочка безмозглая: ходит тут, вешается на всяких незнакомых типов, а элементарнейших вещей об этой жизни не знает. – По воздуху не передается, расслабься. Только при непосредственном… м-м-м… контакте. Стоило спровадить фанатку восвояси, как Сашка пробормотал: — Егор, ты что, совсем опух? Она же сейчас пойдет и всем растреплет. Надо оно тебе? М-да. Как-то не подумал он о том, что чисто теоретически вскорости ему могут посыпаться звонки и сообщения от тех, до кого этот слух дойдет и кто по такому экстраординарному поводу изыщет-таки способ раздобыть его номер телефона. И тогда уж точно ничего не поделаешь – придется тратить время на разговоры с перепуганными, переполошенными девочками, параллельно безуспешно вспоминая их имена. Пофиг. — Да прекрасно, пусть чешет. Если это не сработает как сарафанное радио, то я уже и не знаю, что сработает, – уронив голову, пробормотал он. — Сказал бы, что принял сан и теперь тебе религия прелюбодействовать не позволяет, – язвительно проворчала Ульяна в стакан с непонятным пойлом, с виду напоминающим апельсиновый сок, но лишь с виду. Новицкая подогнала из бара. – Ну, мог бы пообещать, что зато потом, если она согласится подождать до свадьбы годика три-четыре – это же всего ничего? – сразу семерых заведете с ней. Одного за одним. Кто не мечтает о семерых? «Сан? Семерых?» Егор в красках представил себя в темной келье, перебирающим общечеловеческие заповеди по памяти. Все десять, ну, кроме «Не убий», были им нарушены, причем многие не единожды, а стало быть, он первый в очереди в ад. Представил вытягивающееся лицо какой-нибудь очередной своей жертвы, которая слышит про «семерых – одного за одним», «а до этого ни-ни». И рассмеялся, ощущая, как тепло согревает грудь. Все же смеяться – это довольно приятный процесс, жаль, что раньше не смеялось. Остальные, видимо, нарисовали в своем воображении примерно то же самое, потому что спустя мгновения короткие смешки послышались уже со всех сторон. К общему веселью не подключились лишь Анюта и Стриж. Оба смотрели на него в упор. Вот только если в Аниных глазах читался очевидный вопрос «И после этого ты еще будешь что-то мне говорить?», то в неожиданно внимательном прищуренном взгляде Вадика просвечивало нечто, ранее за ним не замеченное, нечто, что можно было бы обозначить как проблеск осознания. Было бы там еще что осознавать. Сегодня, по мере того как вечер шел своим чередом, внутри крепло ощущение, что Стриж напрягается все больше и больше. |