Онлайн книга «Соседи. Книга 2»
|
— Нет, не здесь. Хочешь извиниться – напиши, – отворачиваясь, прохрипел Егор. До выхода оставались считаные минуты, а он тут стоит и лясы точит с человеком, от которого надеялся, что избавился навсегда. И свое состояние, без того оставляющее желать лучшего, доводит до агонии. Добровольно. — Да уж писал! – проорал Вадим, пытаясь перекричать загремевшую на весь зал музыку, что возвещала о скором начале концерта. – Только она меня блокнула везде, по ходу! «Мои поздравления». — Сам виноват. Пара серо-зеленых глаз испытующе уставилась на него. А Егор надменно вскинул подбородок, демонстрируя, что своего отношения к бывшему приятелю не изменит, как бы тот сейчас под ноги ни стелился. Раздражало. Нет, безусловно, он рад, что «на колесах» Вадим достиг «просветления» и пересмотрел свое поведение, но вести себя сейчас как ни в чем не бывало? Верх идиотизма. Однако же на находящегося под чудо-препаратами Вадика выразительные взгляды, похоже, не действовали. Может, название у него спросить? Препаратов? — Да знаю, не клюй мне мозг, Рыжий. Не злись ты, – вполне себе миролюбивым тоном отозвался Стриж. – Тебе бы тоже вряд ли понравилось, если бы ты в лепешку ради девахи готов был расшибиться, а ее у тебя прямо из-под носа увели. И причем она была бы не против. Ну перегнул палку, сорри. Огреб за дело. Все понял и готов покаяться. Передай ей там мои извинения, я-то теперь в немилости, – Стриж заткнулся, но буквально на секунду. – Че смотришь так? Сложно, что ли, в соседнюю дверь постучать? Да! Сложно! Нет двери! Ни одной! Никуда! Что ж такое? Как противиться отчаянному желанию послать всех к черту, нажраться в соседнем баре до состояния полной невменяемости, упасть за руль, дать по газам в черноту ночи и не вернуться? — Че с рожей-то? – окинув его оценивающим взглядом, с досадой крякнул Вадим. – Вроде не на похоронах… «Не твое дело». Последний вопрос Егор решил игнорировать. Действительно, не на похоронах. Больше месяца назад они состоялись. — Сам давай. Извинения через третьих лиц всерьез не воспринимаются. Все, Стриж, мне пора, бывай. Сквозь наспех намотанную на левую кисть тряпицу постепенно проступала кровь. Ну… Не удержался. Раньше контролировать себя было просто, а сегодня этот нехитрый трюк совершенно внезапно оказался ему не по зубам. И теперь на хлипкой двери гримерки красовалась небольшая вмятина, фронтмен и коллектив поглядывали на него не без уважения, но с некоторой опаской, взгляды зрителей то и дело цеплялись за импровизированный бинт, а кисть ощутимо болела. Хорошо, хватило мозгов по первой попавшейся под горячую руку стенке не влупить, точно бы все кости переломал. Хотя, конечно, вопрос о наличии в черепной коробке остатков извилин – спорный. В перерывах между композициями уши улавливали девичье хихиканье и звуки, что складывались в собственное имя: поклонники группы вовсю обсуждали новое лицо в ее составе, не пытаясь шифроваться. И все это не имело значения. Грязный лоскут мешал свободной игре, ладонь рывками скользила по грифу, и все внимание было сосредоточено на том, чтобы не налажать, а на людей перед собой пофиг. Чужая музыка рождалась на кончиках пальцев и лилась из колонок, не задевая души. Пятьдесят пять минут пытки уже позади, и – о чудо! – пока ни единого промаха, ни одной фальшивой ноты. Напиться после он настроен все серьезнее, потому что иных способов остановить внутреннее кровотечение у него не осталось. Прижигать и прижигать до тех пор, пока не подействует. |