Книга Не красавица и Чудовище, страница 59 – Янка Рам

— Не дергайся, сломаю! - рявкает.

— Ай... - всхлипываю я, чувствуя, как мое запястье выворачивают. - Горячо! Ай! Обжигает! Больно!

— Потерпишь!

Еще мгновение, и я прикован стяжкой к батарее.

— Ты чего?.. - дергаю руку.

— Надо вести себя адекватно. Наручников я не нашёл. Но строительная стяжка тоже неплохо справится.

— Разрезай быстро!

— Сиди.

— Я закричу!

— Только посмей.

— Помо... - начинаю орать я.

Мне по лицу неожиданно прилетает оплеуха. Больно.

Застыв, хлопаю глазами.

— Не надо кричать, Белла.

Делая глубокий вдох, поправляет костюм.

По моему лицу? По моему хрустальному лицу, над которым работало столько людей?? Собраному из осколков. И которое я должны была беречь как зеницу ока?! Потому что мне его, как минимум, подарили бесплатно, вместо помощи кому-то другому. Он посмел ударить меня по этому лицу?!

— Ничего. Посидишь дома месяцок. Потом я сниму депозит. И будем говорить уже на равных.

— У батареи посижу?

— Это как вести себя будешь, - цинично.

Я чувствую, как меня накрывает аффектом. В горле бурлит яростью. Последнее, что я осознаю, это как он, любуюсь собой в отражение, вальяжным движением поправляет свои волосы.

Хватаю с подоконника тяжёлую керамическую вазу с узким горлышком. И размахнувшись, как битой, на отмашь бью ему в лицо.

Вдребезги... От силы удара мне выворачивает запястье.

Костя падает как тряпка, не успев пикнуть.

Задыхаясь, втягиваю кислород, пугаясь крови на его лице и конкретно свернутого носа.

В дверях стоит Илья. Я и забыла о нём!!

— Изабелла, ты чо?.. Я ментов, мля, вызвал.

— Зачем?

— В смысле?! - с вызовом разводит руками. - У вас так принято что ли?! Он тебя бил!

— Нет… не принято…

— Чо говорить будем?

— Я его убила?!

— Хз... - опасливо.

Присаживается, поднимает веко. Зрачок в закате.

— Может кухонными ножницами? - смотрит на меня Илья.

— Добить?!

— Стяжку перерезать твою.

— Ага! А где тогда доказательства, что я защищалась?? Не тронь стяжку. Меня сейчас увезут, да?? Всю руку обожгла! Батареи - кипяток! - рвано и бессвязно бормочу.

— Сейчас... - просовывает мятую бумагу между моей кожей и трубой.

Не входит. Хватает карандаш, пропихивает. Становится легче.

— Может, свалим, а? - оглядывается.

— Телефон то твой пробьют. Ты ж вызвал.

— Я с серой симки.

— Ё-моё... - всхлипываю я. - Что делать?!

— Отцу звони!

— Мой отец сидит. Чем он поможет? Встретит меня на зоне букетом?! "Вся в отца, детка!" - в истерике шепчу я. - "Горжусь!"

— Да моему! Не тупи.

Точно!

— Неси мой телефон!

Набираю номер, который дал Марк. Вывернутое запястье не дает держать тяжёлую трубку. Кладу на подоконник, включаю на громкую.

Илья сидит на корточках, пытается нащупать пульс.

Господи, я убийца теперь?!

— Гордеева, - резковато. - Труп не трогайте! - рявкает грозно кому-то там.

Но, услышав, от "трупа" отлетает Илья, начиная оглядываться. Видимо, в поисках камеры.

— Слушаю, - еще раз говорит она.

— Василиса Васильевна, здравствуйте. Это Белла... Изабелла... - лепечу я. - Вы меня помните?

— Я тебя помню Белла-Изабелла, - иронично. - Ты кого-то убила, надеюсь? И расчленила. А не просто поздороваться.

— Боюсь, что да. Едет полиция. Он, кажется, не дышит. Я не знаю, кому звонить еще.

— Адрес.

Говорю ей адрес.

— Приедут раньше, пусть меня наберут. Майор Гордеева. Отдел профилирования.