Книга Не красавица и Чудовище, страница 28 – Янка Рам

— Не надо мне подсказывать. Так неинтересно.

Белла встаёт, идет за сахаром.

— Почему ты хромаешь?

Морщась, трет сустав бедра.

— Защемило что-то...

— Дай посмотрю.

Тяну ее за локоть, поднимая.

— А вы тоже врач?

— Нет. Но я знаю боевую механику тела.

Сжимаю пальцами талию, спускаясь до сустава. Давлю.

Ах, какие у нас изгибы...

— Легче?

Неопределенно мычит.

Хочется впечатать ее в себя.

Ну, что, Изабелла - будем изменять?..

— Ротаторы бедра... спазм... сейчас расслабим. Колено на стол.

— Эм...

— Это терапия... не сопротивляйся, - подхватываю ее бедро и заставляю поставить колено на стол. Сжимая нервный узел, плавно отвожу колено в сторону, придавая ей весьма привлекательную позу. Фиксируя, вжимаюсь в нее сзади, заставляя податься вперед для вращения сустава.

— Ай... что там?.. - шипит.

— Что там? Там очень слабое сопротивление к насилию. Не дергайся сейчас. Дергайся, когда это делаю не я, а ты не уверена, что хочешь. Вращаем сустав... Я не ошибусь, если скажу, что невинность ты потеряла на первом же свидании, оставшись наедине с мужчиной. Хотя, не хотела этого. Было стыдно выглядеть нелепой, отказав ему? А потом чувствовала себя изнасилованной. И самое главное, самой в этом виноватой. Хочешь, расскажу про твой секс с мужем?

Выкручиваться.

— Идите к черту!

Не ошибся, значит.

— У вас нет никакого права "подсматривать" за мной!

— Я тебя не осуждаю. У тебя не было выбора. Но сейчас, когда я тебе дал расклад, он появился. Как бедро?

— Также! - обиженно врет, забирая кружку кофе и пытаясь слинять.

— Куда это ты собралась? А завтрак?

Недовольно ворча, возвращается, возится в холодильнике.

— Какую вы больше хотите? Гречку или овсянку? - показывает две коробки с крупой.

Я хочу овсянку.

— Гречка.

— Значит, будет овсянка! - мстительно.

Наивняк... - закатываю глаза.

— Асимметричный ответ? Очень плохо. Отвечай всегда в лоб, в плоскости нанесения обиды. Если это безопасно, конечно. При "асимметрии" мера моих страданий не покроет меры твоей обиды. Агрессия перейдёт в аутоагрессию. И защемит какое-нибудь... бедро.

— Блин, как душно в вашем рехабе! - приоткрывает окно.

— Сопротивляйся насилию, Белла, - ухмыляюсь я.

— Господи, где я это заказывала? - страдающе.

— Не отвлекайся. После завтрака, у меня есть для тебя дело. Сгоняешь в Москву. На Лубянку. Я назначаю тебя своим заместителем.

Притормозив, задумчиво заправляет прядь волос за ухо.

— Я боюсь в Москву. Я плохо вожу.

— Значит, поедешь медленно.

— А зачем?

Чтобы было рвение в исполнении поручений, ей должно быть интересно. А значит, надо приобщить.

— У меня был один... криминальный друг. Он перешел границы разумного. В общем, я отправил его под следствие.

— Да блин! - расстроенно бросая все, что держит в руках в раковину.

— Что?

— Я думала, у меня теперь "связи" и, в случае чего, вы вытащите! А вы посадили друга! - закатывает глаза, помешивая кашу. - Кто так делает, вообще??

— Dura lex, sed lex! Но пока не посадил. Он в СИЗО. Чтобы иметь шанс выкрутиться, он в ответ "посадил" меня. Подарив мне этот дом. Что сочли взяткой. И теперь я тоже под следствием.

— Так... откажитесь! Не принимайте этот подарок.

— А это ничего не изменит. Я уже под подозрением. Ведь факт дарения был. И с его дела я снят. Мои счета арестованы. Меня уже выпотрошили до основания. А Оскар... Его зовут кстати, Оскар, на то и рассчитывал. Что я откажусь, дом останется в его собственности, но я все равно - под следствием. Так вот... я не откажусь. Я этот подарок принимаю. Пусть попробуют доказать, что это взятка.