Книга Снежный плен, страница 62 – Янка Рам

— Алиса… — опускает он глаза.

— Я надеюсь, тебе хотя бы больно? Потому что, если тебе даже не больно от этого… «Это тебе опыт на будущее», Давид, — повторяю я его слова, сказанные мне не так давно. — Решай со своей женщиной все сам. И отдай мне, наконец-то, мой телефон!

— Зачем?

— Потому что он мой! Мой!! И я буду распоряжаться сама своей жизнью. И еще! — взрывает меня окончательно. — Раз уж ты привез меня сюда, будь добр, огради от общения со своей матушкой сегодня. Я хочу побыть одна и подумать.

— Я понимаю, что это, отчасти, моя вина, — заводится он тоже. — Но с тебя это ответственности не снимает! Ты очень изменилась, Алиса.

— Нет, я наконец-то, стала самой собой, без фанатичного желания угодить во всем тебе и твоей маме. Вот такая я! — с вызовом развожу руками. — И вот такой ты — отстраненный от всего гений! Ты, тот, кто был для меня всем миром! Самый-самый! Ты так страстно возвышал физику, когда я первый раз слушала тебя, что мне вдруг показалось, что эта страсть может быть когда-нибудь направлена на меня. И я влюбилась в это! Но я оказалась не так занимательна, как твои двухфотонные распады! Мне не досталось и крох с этого шикарного стола. Розовые очки бьются стеклами внутрь…

Я пытаюсь отдышаться после своей истеричной речи, все еще не веря, что решилась это высказать ему.

— Успокойся.

— Серьезно? Просто успокоиться? Секунду, погоди, выпью таблеточку! И снова будем имитировать чувства! Потолок нам для вдохновения?

— Ты не в себе.

— Да. Это так. Но я на пути к себе, Давид. Телефон, — требую я, протягивая руку. Совершенно не нужен сейчас этот дурацкий телефон, но мне просто необходимо как-то отвоевать себя. Давид молча вытаскивает из кармана мой мобильник, протягивает его.

— Одумайся, Алиса.

Дверь в комнату хлопает.

Я падаю поперек кровати.

Все…

Просыпаюсь я от того, что сердце Макса на длинной цепочке больно врезалось в мое. На груди остается отпечаток.

Утро встречает меня свободой в виде письма Давида и моих вещей, оставленных у двери. Письмо прижато к тумбочке ключами от машины. С каждой строчкой объем моих легких увеличивается.

«Доброе утро, Алиса!

Сегодня меня ты не увидишь. Думаю, это скорее порадует тебя, чем расстроит. У меня важное мероприятие. Я хотел отменить свое участие. Но все же решил не делать этого. Я много думал этой ночью. Ты во многом права. Мы не слишком подходим друг другу. И я не готов отказаться от своего образа жизни и нянчиться с не определившейся девочкой. Тебе придется решить эту задачу самой. Мое предложение в силе. Но я есть тот, кто я есть. Если ты готова принять это, я буду рад видеть тебя на нашей церемонии. Если нет… Вчера ты спросила, больно ли мне из-за этой ситуации. Мне неприятно. Но и вместе с тем невыразимо жалко тратить на этот простой вопрос столько времени и сил. Реши его. Как бы ты его ни решила, я искренне желаю тебе счастья. Давид».

Я падаю навзничь на кровать. Спасибо, Давид! За честность и за то, что остался самим собой.

Ни этот дом, ни маленький тиран Тамара Францевна больше не кажутся мне чудовищными. Это просто я инородна в нем. Мне становится очень спокойно. Думаю, если бы сейчас попала на ток-шоу в свою честь, где ведущей была бы Тамара, это даже не подняло бы моего давления.