Онлайн книга «Сломанная кукла»
|
Гордей сказал не бежать, не ускоряться. Я очень стараюсь. Хотя адреналин требует нестись, как можно быстрее от этого места. Собаки. Я точно не убегу от собак. Поэтому, тут надежда только на группу. Что они смогут как-то помочь мне с этим. Задержать их. И еще на снегопад. Снег, словно слыша мои мольбы, становится гуще. Постоянно сверяюсь с компасом, так как вокруг белым бело и стоит только рельефу измениться на овраги, мгновенно теряешь направление. Потому что приходится идти долго по дну, подчиняясь направлению изгибов, и выискивать склон, где подняться. Выбиваясь из сил, присаживаюсь отдохнуть на дне очередного оврага. Ложусь спиной на ствол. Через пять минут покрываюсь пеленой снега. Слышу, как издали приближается звук летящего вертолета. Низко и медленно бреет. Замираю, опуская вниз лицо. Вряд ли меня можно разглядеть. Камуфляж белый, ещё и снегом сыпет. Но все равно страшно. Зато собаки больше не идут по следу. А здесь такие места, что вертолёту не сесть. Вертолет удаляется, звук растворяется в тишине. Меня отпускает. Закрываю глаза. Сегодня очень тепло. Клонит в сон. И вдруг понимаю, что тишина имеет в тайге какое-то свое особенное звучание. Так вот что постоянно слушает Йода! Я кажусь себе очень крошечной, ловя ощущение огромного безлюдного пространства вокруг. Не могу понять - страшно мне или хорошо. И парю с закрытыми глазами над бескрайней тайгой. И сверху как бесплотный дух наблюдаю, как уверенно таранит сугробы Гордей. Мощный как ледокол. Моя кожа помнит ощущение его шершавых горячих ладоней. И лечу к нему как птица, быстро снижаясь. Неконтролируемо быстро. Полет переходит в падение и... Подпрыгиваю от удара об землю, приходя в себя! Я что - вырубилась?! Сердце гулко стукнув, разгоняется. Мне кажется, когда я закрыла глаза, ещё не было сумеречно. А теперь снег уже не режет глаза своей белизной. Ноги затекли. Поднимаюсь, ругая себя. Идиотка! Тебя попросили продержаться каких-то шесть часов, просто идти, а ты вырубилась?? Насколько я вырубилась? Может на десять минут, а может на два часа. Я понятия не имею. У меня есть компас, а часов нет. Было бы солнце, я бы поняла. Нас учили по зимнему солнцу определять. Но небо тяжёлое и беспросветное. И теперь я прибавляю шаг, как могу, бороздя в одиночку сугробы. Это очень изматывающе. Ощущение временной дезориентации вызывает тревогу. Я иду уже гораздо медленнее, чем нужно. Но я переставляю ноги, не чувствуя их. Потому что Гордей велел... Меня хватает ещё на какое-то время. И запнувшись я падаю лицом в снег. Переворачиваюсь на спину. Мышцы деревянные. Быстро темнеет. Гордей обещал, что догонит меня. И мне хочется лежать и ждать его. Но нельзя... Он мог пройти мимо в ста метрах и обогнать. И мы могли не заметить друг друга. И вот так лежать на снегу тоже нельзя. Надо - или идти, или делать место для ночёвки. Станет темно, и я уже ничего не смогу сделать. Заснуть так хочется... Опасно! Очень опасно. Можно замёрзнуть. В голове звучит его голос. Строгий. Ругает меня... Но все мои лимиты адреналина исчерпаны, и я не могу заставить свое тело двигаться. Никак. Хрипя, переворачиваюсь, отталкиваясь от земли. Сумерки. Время волков. Я не слышу никакого воя. Это и ещё тотальная усталость - единственное,что удерживает меня от паники. Мне кажется, мои панические атаки устали так же сильно, как и я сейчас. |