Книга Танцы на углях (бонусная книга к дилогии), страница 22 – Янка Рам

— Оу…

— Отведай.

— Воздержусь!

— Пей, сказал!

— Я больше не буду! - тут же сдаюсь я.

— Чего «не будешь»? - опасно прищуривается.

— Пользоваться на кухне социальными сетями.

Лучше признаться! Выпорет же!

— Молодец. Увижу — выпорю.

Выливает манный чай. Споласкивает кружку.

— Чего еще не будешь?

— Самовольничать в хоромах!

— Хорошая девочка. Кыш...

Выдыхаю и быстренько теряюсь в детской. Падаю на пышный мягкий ковер. По потолку гирлянда… В детской хорошо! Бардак и пусто. Наследники по школам, садикам… Величество сюда добровольно не заглядывает. У него от детской нервный тик случается. И детская - это как Ватикан в Италии. Государство в государстве. И у меня здесь политическое убежище.

— Детка!!

— Я навожу порядок!

— Надеюсь, в голове? - заглядывает он, рассматривая сверху мою разоблачающую позу. - Вставай. За мной...

И я послушно покидаю своё политическое.

Его красивая рельефная спина вполне себе подходящая приманка для меня, чтобы следовать за ней. Мы опять идет в кухню, мне это очень «не очень»! Притормаживает у стола.  А я нет. Врезаюсь губами между его лопаток и немножечко шалю, прикусывая зубками чувствительные места. Я подлизываюсь, да, очень рассчитывая на снисхождение Величества. Он ведет плечами, позволяя мне это секунд десять. Потом отстраняется. Перед ним кружка с кофе.

— Отведай… - разворачивается, протягивая мне.

— Опять зелье? - поднимаю я бровь.

— Нет, мне просто интересно — выпью я сегодня что-нибудь горячее или mission impossible?

Беру кружку, вдыхаю запах. Ничего подозрительного!

Делаю маленький глоток.

Боже!!!

Остро как!!

Дышу глубоко и часто под его вдохновленным, и, я бы даже сказала удовлетворенным, взглядом.

Откашливаюсь.

— Это тот молотый, в который Высочество высыпала красный перец! Я же отставила эту банку в сторону!

— Зачем?! - взрывается он. - Нет, если это целенаправленная диверсия, ты скажи! Я не понимаю просто - зачем?!

— Эм… чтобы сделать скраб.

Элементарно же! Пф!

— Пи**ец тебе, детка! - врезаются его губы в мою шею и щетина скользит по коже, от адреналина я дышу еще чаще, чем от перца.

Поднимая за талию, присаживает на стол. Дергает за бедра на себя, срывая пижамные шортики.

Нет, я конечно же в курсе, что капсацин мощный афродизиак… Однако… - начинает путаться в моей голове. - Что там было?…

Перец… красный… острый… в кофе… надо запомнить…

— Аха… да… да!!!

Суровые будни царского семейство (часть 3)

Глава 3 - Его собственность

Вот, допустим Вам захотелось сделать что-то, что может расстроить барина. Но захотелось настолько, что этот факт вдруг перестал иметь значение. Не совсем перестал. Отошел на второй план. Потому что младшее высочество сегодня дома, а барин нет. И у младшего высочества какая-то «Мася» уже «стляпала» булочки с мамой и «Тася» тоже и даже совсем непереводимая «Ливтина» «стляпала» эти чертовы булочки. А высочество не стряпало. И так опечалено фактом своей обделенности, что нижняя губёшка обиженно дрожит. И я решаю — барин должен это пережить.

— Мамуля, мы будем стляпать?

— Да.

— Честно?

— Да-да-да!!!

— А папочка опечалится?

— Папочка очень опечалится, если увидит процесс. Но мы попробуем провернуть все до его приезда.

А дальше начинается чистый беспредел, вернее — грязный! Кефир плюхает, рассеивая муку, масло проливается по стенке стакана на стол, молоко выкипает… Высочество же должно участвовать в каждом действе! Это ее первые булочки, в конце-концов.