Книга Жена моего брата, страница 12 – Янка Рам

Регина задумчиво останавливается взглядом на моем лице.

— Найти похожую женщину, которая будет более благосклонна?

— Не подходит. Дело не только во внешности. Отчасти она и нравится мне своей неблагосклонностью. Потому что это не манипуляции или капризы, это скорее попытка защитить свою уникальность и целостность. И там есть за что биться.

— Какая сложна задача.

— Так вот… — развожу руками.

— Может быть, ты ей показал только непривлекательные стороны товара? И если продемонстрировать положительные, то она сможет принять тебя и таким какой ты есть?

— Это может сработать, — киваю я. — Но опять же, проблема в том, что все свои стороны я считаю положительными. Нравятся они кому-то или нет.

— Тебе шашечки или ехать, Дэм?

— Допустим, ехать.

— Тогда покажи то, что может её очаровать. Чем-то же ты очаровываешь женщин, кроме кошелька. Продемонстрируй!

— Мне кажется она невинна.

— Причем здесь это?

— Если я ей продемонстрируют то, чем очаровываю женщин, боюсь это ее больше шокирует, чем вдохновит.

— Делать ставку на размер — это пошлость, Дэм! — усмехается Регина.

— Ну почему же только на размер?

Я и в процессе неплох.

— Поищи что-то альтернативное.

— Навешать как следует оборзевшему сопернику считается? — рычу я, наблюдая за притормаживающей у крыльца тачкой брата.

— Боюсь, нет.

— Ну всё, тогда я пас.

— Значит, эта женщина нравится тебе недостаточно.

Достаточно она мне нравится!

Он помогает выйти Злате из машины.

Сегодня она в широких брюках, облегающих ягодицы, в топе, обхватывающим ошейником шею и шляпке в мужском стиле. На руке висит пиджак. И это вау.

— Пойду поздороваюсь.

Спускаюсь им навстречу. Кровь кипит…

— Добрый вечер, — встаю у них на пути.

— Здравствуйте, Демид.

Я смотрю в ее глаза, в моей голове кино, как подхватывая за талию, я увожу ее в подсобку. Сдираю эти брюки и…

И…

— Брат, — хмурится Родион. — Ты что-то хотел?

— Да.

Но если скажу — что, никто здесь не оценит.

— Мне нужно поговорить с тобой, Злата. Как освободишься, — бросаю взгляд на брата. — Набери меня, я спущусь.

И как идиот перелопачиваю у себя в кабинете все, что накопали про нее мои люди. Я ищу повод для разговора с женщиной? С девчонкой! Серьезно?

Тебе заняться нечем больше?! Работы невпроворот!

С раздражением швыряю все распечатки вверх. Они медленно кружат вниз, как листья с деревьев. И заваливают пол в кабинете.

Бросаю жадный взгляд на бар. Достаю оттуда тяжёлую полную бутылку.

Она звонит мне. Видимо, «освободилась».

Черкасов, выдыхай! Хочет Родиона? Пусть выходит за него. Какие проблемы?

В груди от этого решения очень больно ноет.

Поноет недельку и отпустит!

— Да, — отвечаю по телефону ей.

Держу бутылку над стеклянным журнальный столиком.

— Вы просили позвонить, Демид.

Моя грудь разрывается от того, что я говорю. Но голос ровный и прохладный.

— Я передумал. Вызову тебе такси.

— Спасибо, не нужно, Родион ждёт…

Скидывает вызов.

Закрывая глаза, разжимаю кисть. Бутылка с грохотом и звоном раскалывает каленую столешницу.

Я чувствую острый болезненный кайф. В груди. Он утекает куда-то в живот. Очень болезненный. Настолько, что загибаюсь.

Падаю на своё кресло.

— Убрать? — заглядывает секретарша, настороженно оглядывая груду осколков.

— Нет! Мне нравится так! — срывает меня эмоционально на нее.