Книга Ты не мой BOY, страница 2 – Янка Рам

— Чой-то?...

— Город у нас аномальный. Внезапные бумеранги прилетают.

— Ты мне угрожаешь?

— Угрожаю?! Да я вообще пацифист. "Занимайтесь любовью, а не войной!" - намекаю ему я. - К чему и Вас призываю.

— Пошел вон, - брезгливо.

— Окей.

Выхожу за КП.

Достаю из бардачка пачку сигарет!

Впечатываюсь в нее поцелуем.

— Любимая моя! Я скучал...

Пацаны, стоящие у моей машины толпой, угорают.

Делаю шаг за бордюр у забора. Потому что бордюр - это ещё территория училища, а за ним - всё, свобода. И глядя через забор из металлических прутьев в глаза капитану с кайфом затягиваюсь.

Голова идёт кругом.

А жизнь-то налаживается!

— Дэн, добросишь нас до центра?

— Угу...

Открыв багажник, прямо на улице переодеваюсь в гражданку, снимая под медленно парящим снежком форменную водолазку и светя голым торсом.

— Вот ты уродец! - рассматривают мой татуированный торс пацаны. - Ты сколько это бил?

— Сколько я заливкой это забивал, спроси лучше, чтобы меня в это грёбанное  су-чилище приняли.

Натягиваю белую свободную толстовку с серебряным черепом. И крест на шею на мелких черных четках.

— Дэн, ты чего - в бога веришь?

— Верю.

— А чего беспределишь-то тогда так?

— Слушай, Мих, ты ж в батю своего веришь? Веришь! Просто ты с ним не во всем согласен, верно? Вот так и с Богом.

— А крест нафига носишь?

— Это как с тревожной кнопкой на телефоне, куда забит номер бати. Он в курсе, что ты долбоёб, но если ты встрял, все равно постарается вытащить.

Демонстративно и с понтом целую крестик.

— Оберег, короче.

Переобуваюсь в белые кроссовки с мехом. Подпрыгиваю пару раз на снегу. Ааа... Какой же это кайф после берцев!

— Красота! - щелкаю позвонками. - Прыгайте в машину, дело есть.

Едем в центр.

Глядя в зеркало тру спиртовой салфеткой скулу, стирая водостойкий непрозрачный корректор с татушки на лице.

Ну вот - здравствуй Я.

— Короче, пацаны. Мне надо одну девочку впечатлить. Но запариваться лень. Подыграйте? А я оплачу вам увал.

— А что надо сделать?

— Схема самая банальная. "Ночь, улица, фонарь, аптека, бессмысленный и тусклый свет..." - декламирую я с выражением. - Короче, в темноте у дома подкатите к ней как гопники. Приобнимете, пошлости говорить начнете... А тут я такой героический - наваляю вам слегка, в снег уроню, вы слиняете, а я девочку увезу на своей бэхе в закат. Все.

— Легко!

— Легко - это по-нашему... - поглядываю на темнеющее небо.

Листаю на телефоне фотки с личного дела капитана.

Значит, Полина Малышкина. Миленько...

Сейчас я уровняю наши позиции на поле боя. И дальше - ты не "трахаешь" меня, я - не трахаю ее.

Девчонку приходится подождать. Снегопад усиливается... И когда я уже решаю отпустить пацанов, она появляется на тропинке.

Вглядываюсь внимательно в лицо, чтобы не ошибиться. Она!

Ммм... Интересная!

Стильная войлочная кофта, сверху дутая безрукавка. Беспалые черные перчатки и большие наушники на голове. Тоже черные. В руке - большой стакан кофе. Губы двигаются беззвучно подпевая...

Степень милоты у девчонки - цистернами можно разливать. Одним словом - малышка.

Это будет приятный бой.

Проходит мимо машины.

— Наша?

— Да. Вперёд...

Пацаны выходят из машины, идут за ней следом. Выхожу тоже.

Один приобнимает за талию, второй забегает вперёд, тормозя ее. Стягивает ей наушники, отводя руку с ними в сторону.