Книга Не верь мне, страница 47 – Янка Рам

— Бессо не звонил? - я спрашиваю у Марьям каждый день…

— Нет, дочка. Но отец сказал, что сегодня гости будут. Будем осетра готовить.

Вспоминаю, как сказала Артёму, что не готовлю. Дура была, потому что! Надо было готовить…

Если мы когда-нибудь встретимся…

Да и плевать, если больше не мой! - стекленеет все внутри и лопается на осколки. Я его уведу у любой! И придушу, нахрен.

Марьям забирает у меня из рук Муратика.

Отправляет его в большую гостиную.

— Дочка… - зовёт отец.

Ильяс очень пожилой и старше жены лет на двадцать. Очень консервативный мусульманин, но добрый человек. Его я тоже стараюсь не расстраивать.

Присаживаюсь рядом с ним.

— В школе дали тебе аттестат, - отдает в руки.

— Я ж там не была ни разу.

— Мой старинный друг директор школы. Была, не была, какая разница? Девушке нужен аттестат. И замуж.

— Замуж?! - отстраняюсь в ужасе. - Нет-нет! Я учиться хочу. В университете.

Он очень уважает университеты…

— На кого?

— Программиста.

— Это с компьютерами? Нет. Не хорошая судьба для девушки. Нет.

— Учителя! - переобуваюсь на ходу, щелкая пальцами.

Только верните меня в моё время пожалуйста! Там где-то есть Нечаев. Я больше не могу ждать…

— Учитель - хорошо. Учитель - можно.

— Спасибо, отец! - выдыхаю я.

Рядом с ним лежит телефон. Жадно смотрю на него… Бес запретил приближаться к интернету. И искать любых контактов. Моя ломка до сих пор не прошла. Но я не могу ослушаться. Он рисковал из-за меня, он нашел мне семью. Они меня приняли только из уважения к нему. У меня может быть новая жизнь.

— Иди, помоги Марьям. Гости приедут…

— Бессо? - с надеждой заглядываю в глаза ему.

— Бессо…

Меня всю трясёт. И посуда валится из рук. Специи просыпаются, вода проливается.

Я дико нервничаю.

Очень надеюсь, что он приедет с Артёмом.

И, кажется, сейчас разревусь! Потому что - приедет, не значит, что заберёт. И не значит, что привезет его! Я ему не нравлюсь, я знаю. Хотя он был очень внимателен и тактичен в дороге.

Но я все равно очень жду, потому что он - это тоже немного Нечаев. И я хочу хоть немного прикоснуться.

Темнеет, а его все нет. За окном дождь… Я уже уложила всех кабанчиков, дочитав им “Маленького Мука”.

Я учу кабанчиков читать, они учат меня своему языку.

Положив голову на стену, закрываю глаза.

— Иди спать, дочка, - шепчет мне Марьям.

— А как же Бессо?

Грустно разводит руками.

Я в глубоком разочаровании иду к себе.

Падаю на кровать. И слушаю шум дождя, вспоминая, как мы целовались с Артёмом под дождем. Он был теплым, весенним, практически летним. А этот можно уже сказать - осенний.

Прошло несколько месяцев. Но здесь такой уклад, что мне кажется прошло года три. И все что со мной до этого было - это было в другой жизни. И в этой Темного не будет.

От тоски хочется повыть…

Обнимая подушку, верчусь. Ночи мучительны! Я так хочу его рук… Чувствовать, как он двигается во мне, как двигаются его мышцы под моими ладонями, как кончает…

Я хочу услышать - люблю. И очень хочу сказать! И каждую ночь я долго не могу заснуть, плавая в этих мучительных грёзах.

Ночью просыпаюсь словно от удара в живот, и в ушах звенит, словно крикнул кто-то в ухо - “Ксюша!”. И мне кажется, я даже знаю этот голос.

Сердце бьётся от адреналина!

Натянув платье, бегу вниз, в гостиной приглушённый свет, голоса.