Книга Наташа, не реви! Мы всё починим, страница 93 – Янка Рам

Подношу к лицу вибрирующий телефон.

Опять этот номер...

— Да?.. - шепчу настороженно.

— Иштаров. Ты дома?

— Нет.

— Ну, я так понимаю, что на вопрос где ты, я прямого ответа не получу?

— Нет, - закрываю глаза. - Не получишь.

— Я просто жду тебя часа три уже, наверное.

— Не жди... - шепчу я. - Меня сегодня не будет.

— Я... признаю, что это был перебор, в общем. Сейчас я трезвый, адекватный. И хочу нормально поговорить.

— Не сегодня, Саш.

— Мне нужно сегодня. Цветы до завтра не доживут.

— Мне очень жаль. Но я не могу.

— Чего шепчешь? Ты не одна?

— Да.

Не собираюсь я играть в его ревнивые игры. На них у меня тоже нет ресурса. Хочет думать про меня плохо - это его выбор.

— И я опять ревнивый кр-р-ретин, м? И это опять не мужик?

— Боюсь, что да.

— Да, блять! - психует он. - Боится она...

Скидывает вызов.

А мне все равно становится капельку легче, что он позвонил.

Кладу руки на живот.

Ничего, Михаил Александрович, прорвёмся! Ты же Иштаров. Вон у тебя папочка какой упёртый…

Александр

Ну, допустим, ревнивый кретин. Я же не отрицаю. Допустим слегка прихуел выворачивать ее сумки. И - не слегка: напрягать наружку для слежки и пьяным трахать ее в подъезде.

Погорячился...

И, вероятно, сильно погорячился с выводами, которые ко всему этому и привели.

Но, в свое оправдание, я хочу сказать, что...

Это все потому что...

Потерял контроль?

Мне положена полная амнистия. Я в конце концов с букетом приезжал извиняться! А до секса точно помню про любовь что-то там невнятное говорил и даже стихи читал.

Совсем ёбнулся ты, майор...

Пора оттаивать Ромашка! Я так долго не продержусь.

Пытаюсь вспомнить с чего начался весь пиздец.

И помню, что совсем не с ревности. Что-то пошло не так гораздо раньше...

Ее взгляд вдруг изменился и стал грустны, виноватым. А дальше уже все легло на это.

Что случилось то, м?

И где она сейчас?

Неопределенность раздражает до зуда.

Проезжаю мимо ее дома после работы. Окно горит. На домофон не отвечает. Прохожу вместе с соседями, стучусь в дверь.

— Наташа!

Тишина... Только пару раз мявкнул Сева. И где ты?

Где ты ночами пропадаешь, а?! - взрывает меня.

Набираю ее ещё раз.

— Привет.

— Привет, Саш.

— А можно мне просто объяснить, блять, с самого начала, что происходит? Я задолбался уже выпрашивать! Я заебался бегать! Все душу мне вымотала, зараза! Чтоб тебя... Ты понимаешь, что я уже не мальчик в такие игры играть! Я уже старый, у меня нервы ни к черту. Ты не ромашка, ты... Крапива какая-то! Ну накосячил я на эмоциях... Ну отпусти ты эти косяки! Ты же говорила, что любишь! Или нахуй уже отправь, чтобы я успокоился! Я уже сожалею, что связался с тобой вообще. Жил бы горя не знал! Говори, твою мать!

— Не хочу, - слышу как всхлипывает. - Живи, не знай горя!

— Наташа... - торможу я.

Ну вот, опять херни наговорил.

— Не звони...

Скидывает.

И телефон теперь недоступен.

Открываю переписку.

И да, я ненавижу переписки. И - да, не извиняюсь, когда не считаю себя не правым или говорю то, что думаю. И сейчас я не считаю и сказал то, что думаю.

— Р-р-р...

Раздражённо, ломая себя, пишу: "Извини".

Не прочитано.

Мне становится так неспокойно, что просто крышу рвёт.

Ненавижу ее, блять, уже!

Дома, со психу, наливаю себе полстакана коньяка.

Ебну и баиньки.