Книга Наташа, не реви! Мы всё починим, страница 89 – Янка Рам

Ты выбрала какого из Иштаровых бережешь больше? Да, я выбрала. Вот и всё!

И - накатывает... Щемящей тоской. И нереализованными чувствами к Саше. Кладу руку на живот.

Лиза сестра моего ребенка...

Интересно, как бы Саша назвал мальчика?

— Лиза... А как твою бабушку звали? Папину мать.

— Елизавета. Меня назвали в честь ее.

— Понятно, - улыбаюсь я.

— А что?

— Нет... Просто вспомнилось, как рассказывал о ней.

Значит, у меня будет Мишутка. Шарик же был синий. Я верю в приметы....

Лиза достает из сумочки пригласительный.

— У нас с Ромой венчание будет. Мы будем Вас очень ждать.

И не позволяя мне придумать никакой щадящей отмазки быстро уходит.

Рассматриваю нежную открытку с персиковой акварелью. Боже мой, какая красота.

Открываю, смотрю дату.

Ладно, ещё не скоро... Что-нибудь придумаю. Мне кажется, это по отношению к Иштарову нечестно - идти туда.

Вечером, когда мальчишки уже уснули, остаюсь ненадолго сама с собой наедине.

Звонок в домофон. Кто это может быть?

Поспешно снимаю трубку, чтобы не разбудить мальчиков.

— Кто там? - спрашиваю тихо.

— Иштаров...

Автоматически нажимаю "открыть". Как я могу ему не открыть?

Но и впустить я его сюда не могу! Он увидит детей, будет рычать что я профнепригодная, и не дай бог, сдаст меня Марине Васильевне!

Натянув быстро ботильоны, прямо в халате выхожу в коридор. Дверь запираю, ключ в карман.

Придется говорить в подъезде.

Это очень неловко и невоспитанно, но вот так получилось...

Двери лифта открываются.

— Привет... - поправляю халат на груди.

— При-и-ивет.

Тяжёлые веки делают его взгляд ещё более давящим.

— Ты пьян?

— Мм... - задумчиво прислушивается к себе. - Да.

Подходит в упор, инстинктивно делаю пару шагов назад, вжимаясь спиной в стену.

— Александр Михайлович... - смотрю в его пьяные глаза с поволокой. - Вы - в дрова.

Иштаров, наверное, понятия не имеет что такое личная зона. При вдохе моя грудь упирается ему в куртку.

— Ну, а может, я такой романтичнее, - дёргает бровями. - Стихи читать там начну, в любви признаваться...

— Стихи? - скептически закатываю глаза.

— Ну, а чо? Я могу!

"Была Ромашка так красива,

что всех вокруг свела с ума

мужчин, и женщин, и детей

и даже парочку котов..."

— Иштаров, - отталкиваю в грудь. - Стихи - это не ваше.

— А мне кажется, хорошо вышло. Не цените Вы меня Наталья Антоновна.

— Зачем приехал?

Взгляд чуть трезвеет.

— Ты хотела, чтобы я попросил за пацанов... Их возьмут. С апреля. На рукопашку.

— Я очень благодарна... - сразу же сдуваюсь я, теряя настрой на самозащиту. - Спасибо... Александр Михайлович.

— Очень? - дёргает бровью.

— Очень...

— На чай пригласишь? Поговорим...

Отрицательно кручу головой.

— Я не могу.

— Почему?

— У меня гости...

Ой, закапываешь ты себя, Наталья Антоновна, ой закапываешь!

— Гости? - прищуриваться.

— Да.

— Познакомишь? - жмёт на ручку двери.

Заперто.

— Александр Михайлович, Вы переходите все границы.

Его взгляд скользит на мой вырез на груди.

— Наверное, очень близкие гости, раз ты при них в халатике рассекаешь, да? - ставит руку на стену позади меня. - А может твои "гости" выйдут, пообщаемся, проясним все?

Демонстративно стучит в дверь.

— Саша! - отталкиваю снова в грудь. - Во-первых, ты пьян. Во-вторых, ведёшь себя как... гопник! В-третьих, у тебя все версии сводятся к мужикам?! Других интерпретаций не бывает? - не выдерживаю я.