Книга Доктор Sex, страница 76 – Янка Рам

— "У двери стояла рюмка коньяка. Приучала Таня к дому мужика..." - брякает она надменно, бросая на меня осуждающий взгляд.

Марго в курсе этой истории, но она не так поняла.

— Смешно, - киваю я, закручивая коньяк, там ещё грамм сто.

Лицо Зубаревой вытягивается от возмущения.

Прячу небольшую бутылочку в карман халата.

Мы вместе выходим.

— Если тебе не с кем побухать, Костя, позвони мне.

— Принято. Звоню.

— В баре?

— После смены.

— Замётано...

Коньяк мой допит. И рабочий день закончен.

В груди дыра...

И если бы не происшествие сегодня в отделении с маленькой девчонкой, я бы чокнулся, наверное. Любочка... ей шесть. Ее привезли с мамой на скорой. И я пою ее чаем с конфетами, и жду органы опеки, чтобы передать. Мог сплавить медсёстрам, но...

Мама в тяжёлом состоянии, в реанимации... Ее увезли в хирургию, а Люба пришла за мной с приемной Скорой. Она по какой-то неизвестной причине решила, что я мама-утка и ходить надо следом. Может быть потому что, я ставил диагноз и занимался пациенткой. Благо, успокоилась и не рыдает. Пусть ходит...

— Можно ещё конфетку?

— Бери, конечно.

— А к маме?

— Нет, Люба, к маме некоторое время будет нельзя.

— Почему? - наивно хлопает своими большими ресницами.

— У мамы серьезная беседа сейчас. С ангелами. Ты знаешь, кто такие ангелы?

— Знаю. О чем они говорят? - с любопытством.

— Они говорят, что ей пора к Боженьке. А она говорит, что ей ещё рано, у нее есть Любочка и ее нельзя оставлять одну.

Примерно так мне объясняла мама, когда отца серьезно ранили на службе. И он тоже загремел тогда в реанимацию. Врачи не давали однозначных ответов. Мне тогда зашло...

Взгляд девочки задумчиво зависает.

— А долго ждать?

— Пока не договорятся.

Вспоминаю, что где-то в шкафу врачи складывают уже не первый год забытые в отделении случайные игрушки, которые не нашли хозяев. Там не много, штук шесть...

Достаю ей коробку.

Возится...

— Я была в больнице... - не поднимая взгляда рассказывает мне Любочка. - Я тогда узнала, что у меня есть почки. Особенно одна, - поджимает она недовольно губы.

— Болела? - улыбаюсь я.

Кивает.

— А потом со мной они тоже разговаривали... ангелы. И ничего не болело.

— Серьезно?..

Кивает.

— Мама меня караулила. И меня не забрали. А кто караулит маму?

— Хм... Врачи.

Бросает на меня скептический взгляд.

Выбирает из коробки резиновую гусеницу.

— А папа твой где?

Пожимает плечами.

Ну ладно, пусть опека занимается этим.

Засовывает одну конфетку в карман.

Марго пишет, что освободится через двадцать минут. Мне пора...

Я включаю Любе на рабочем ноутбуке мультики. Прошу медсестер приглядеть.

— Ну всё, подружка, давай! - протягиваю ей руку.

Пожимает пальцы.

— Ты ещё придёшь?

— Я приду сюда завтра. Но тебя сейчас заберут хорошие тети. Помоют, покормят и ты с ними подождёшь маму в... - щелкаю пальцами, подбирая слово. - В детском саду.

Так, наверное, более понятно.

Люба настороженно хмурится, недовольно поглядывая на дверь.

И мне почему то в ней рисуется моя Любочка, но маленькая. В этой хмурой настороженности.

Ах, да... Не моя больше. Точно.

И опять погружаюсь в это отвратительное, ненавистное мной ощущение тоски. Которая мешает дышать, жить, спать, есть... Но бухать не мешает, нет!

Прошу медсестер присмотреть за девочкой. Должны уже подъехать вот-вот...