Книга Доктор Sex, страница 61 – Янка Рам

Щелкает пальцами, прося напомнить имя.

— Няшина, - шепотом подсказываю я.

— Она привезла. Оформи доки, в общем. Извини, важный звонок!

Скидывает.

Мда... Не очень-то тут чтут нашу мегеру!

— Спасибо... - опускаю взгляд. - А можно мне будет получить результаты тестов, я анамнез собираю в научную работу.

— Да, конечно. Таисия Валерьевна отправит все документы на почту Истомина.

Попрощавшись, убегаю, чувствуя, как они с Марго внимательно смотрят мне вслед.

Я была всё-таки права! И это придает мне немного смелости для возвращения в терапию.

Но... Это не избавляет меня от расправы к концу дня!

И Зубарева отчитывает меня прямо при всех наших. Вернее, я - в ее кабинете, а они - за дверью. Дверь приоткрыта и все отделение греет уши.

— Тебя я смотрю Истомин захвалил?.. - холодно цедит она. - Так я это быстро аннулирую. Ты что о себе возомнила, м? Что ты врач-диагност? Ты - никто. Ты даже не санитарка! У тебя нет права принимать ни одного решения в отделении! Даже самого пустячного.

Лицо моё полыхает. Не пытаясь оправдываться, смотрю ей слепо в глаза.

— Что-то, Няшина, слишком много мужчин тебя протежируют! Другие пути не пробовала искать, чтобы сделать карьеру?!

Я права... Я права... Я права...

Пациент важнее моего самолюбия!

Мое образование тоже важнее.

Как мантру повторяю про себя.

— Или ты не понимаешь, что срок такой протекции - пара недель. И цена ей такая же?

Классно. Ещё и шлюхой на всё отделение ославила.

— Не понимаю о чем Вы? - немеют мои губы.

— Понимаешь... - ядовито. - Я тебе за твои инициативы такой волчий билет вместо зачёта по практике выпишу, что тебя отчислят задним числом! Или ты думаешь, я не понимаю, что ты моего пациента по другим врачам потащила, чтобы опротестовать мои назначения?

— Мой руководитель - Истомин. Зачет мне будет ставить он.

— На защиту Истомина рассчитываешь? Зря. Он в этом отделении никто.

Тут моя выдержка трескается.

— Истомин - уважаемый квалифицированный врач. Его приглашают как представителя терапии на консилиумы. А Вас? К нему просятся все пациенты. А к Вам? Им восхищаются студенты. А Вами?

Зажмуриваюсь.

Сейчас на мою голову обрушится...

Ну всё, Няшина, прощайся с высшим образованием и карьерой врача. Дура ты! Язык без костей... Истомин и сам может за себя постоять!

У Зубаревой перехватывает дыхание от возмущения.

Но отступать поздно. Поднимаю взгляд ей в глаза. Во мне закипает бабушкина кровь. А она была женщина - не дай Бог!

Зубарева идёт пятнами... А я в лобовую атаку. Надеюсь, мы останемся живы. Закрываю плотно дверь.

— Громов и Ребров проводили клинические исследования по онкопатологиям и витаминам. Согласно этим исследованиям онкология является противопоказанием для инъекций практически во всех случаях. Я могу распечатать их статьи... Если не верите на слово!

Я верю Марго. Поэтому ссылаюсь, даже не прочитав.

— Мой отказ колоть препарат пациенту не больший проступок, чем Ваше распоряжение колоть всем без разбора. Потому что Вы побоялись получить наказание за просроченный препарат. Мне так кажется, что не больший... И если Вы меня прогоняете, то, пожалуй, уточню этот вопрос у Бергмана! Если, конечно, завтра окажусь отчисленной с практики.

Разворачиваюсь и иду на выход.

Всё. Бабушка во мне закончилась. И я опять неуверенная в себе тряпочка. Колени трясутся. Сердце колотится. В глазах темнеет. Но дело сделано.