Книга Доктор Sex, страница 55 – Янка Рам

Уходит.

— Почему она "тыкает", - с неприязнью смотрю ей вслед.

— Ну вот так бывает... Сначала ты такаешь... Потом - тебе.

— Что? - чувствуются мне какие-то скабрезные нотки.

Всё-таки, Истомин хам. Но мне влюбленной дуре, теперь кажется, что даже это в нем очаровательно!

— Чай пей, говорю, и поменьше с ней пересекайся.

Он стаскивает пончик из коробки. Делает глоток моего чая.

— Мм! - обжигает губы. - Всё, я в пытошную, на летучку.

— Аа... Куда Вы меня сосватали?

— Скоро узнаешь...

Мы втроём идём следом за Истоминым.

— Надежда Ивановна, мы ушли, - предупреждает пожилую медсестру на посту Истомин.

Путь преграждает Зубарева.

— Никуда вы не ушли. Студенты сейчас дружно всей группой идут в анатомичку, в морг. Я уже договорилась.

— Пусть идут, - не спорит он. - Кроме Няшиной. На счёт ее я предупреждал.

— А кто в отделении работать будет, Константин Захарович?

— Как кто? А как же Вы? У меня вот - консилиум с Бергманом. А Вас же вроде бы не приглашали? - позитивно и с улыбкой. - Так что отделение сегодня всё Ваше, Татьяна Борисовна.

Ой, переигрываете, Константин Захарович, с позитивом!

У меня перехватывает дыхание от искр между ними.

И мне ревниво... Я не могу понять однозначно природу этих их перепалок.

— Люба... Иди, лифт придержи, - подталкивает меня в спину.

Я не слышу, но вижу, как они обмениваются ядовитыми любезностями.

Он догоняет меня, заходя следом в лифт.

Надув губы, смотрю не ему в глаза, а в зеркало - себе.

Ну, не могу контролировать! В груди горит...

Рывком разворачивая к себе, впивается в губы. Вскрикнув, прижимаю ладонь к его щеке, пытаясь хоть немного контролировать это нападение.

— Хочу тебя... - хриплый выдох мне в губы.

Двери лифта открываются. Он чуть отстраняется.

Кто-то заходит к нам...

Истомин расфокусированно и равнодушно смотрит перед собой, как будто мы не целовались мгновение назад. Только ресницы медленно смыкаются, чуть дольше оставаясь сомкнутыми, чем положено.

Мы выходим из лифта на первом.

— Блеск для губ... - прокашливаюсь я тихо.

— Черт... Не пользуйся, пожалуйста, в больнице.

Это обещание целовать?..

Поджимая губы, стараюсь не улыбаться, и не слишком ярко цвести.

Протягиваю ему влажные салфетки.

— Куда мы идём? - едва поспеваю я за шагом Истомина.

— К небожителям, - вытирает губы.

— Небожителям?..

— Бергман - один из лучших сосудистых хирургов. Хасанов - один из лучших нейрохирургов страны. Державин - талантливый травматолог и остеопат. Чадов на данный момент самый опытный в больнице анестезиолог. Юлия Юрьевна Чадова - представитель конфликтного комитета больницы. Я... неплохой диагност. А... Ну и Марго, кивает мне на идущую впереди санитарку в зелёной форме.

— Санитарка?

— Теперь - да. А в прошлом талантливый иммунолог-онколог.

— Не поняла?

— Марго заигралась. И нарушая все протоколы взялась лечить смертников. Одного спасла, второй погиб. Он бы и так погиб, но... родственники подали в суд. И доказали нарушение протокола. Ей запрещена практика. Теперь она санитарка.

— Оу... Как грустно. А почему больница ее не защитила?

— Юристы делали, что могли. Ее не посадили. Но...

Разглядываю ее на повороте. Яркая... С короткой стрижкой и тату на затылке. Тонкая, но спортивная. В руке зажата пачка сигарет. Может, на пару лет постарше Истомина. Чуть резковатое выражение лица.