Книга Доктор Sex, страница 108 – Янка Рам

Отстраняется, заглядывая мне в глаза.

— Это не так. Я тебя услышал.

Бережно поправляет волосы, упавшие на моё лицо.

— Если я в чём-то виновата, то... Это моя первая жизнь, ошибок не избежать! Но...

— Мне всё равно. Я все обнуляю. Ты ни в чем не виновата. Давай, заново.

Сжимаю его рубашку, рефлекторно пытаясь не отпустить.

— Ведите себя прилично, девушка, - шепчет мне в ухо.

Растерянно одергиваю руку.

— И в понедельник не опаздывайте на практику.

Уходит.

А я остаюсь.

Стекаю по стене вниз.

Что это было?.. Заново - это между нами ничего не было и не будет. Или не было и будет как-то иначе?..

Мне рыдать или радоваться??..

Я больше ничего не понимаю. Упав на его кровать, прижимаю пахнущую им подушку. И тихо рыдая от стресса первый раз крепко засыпаю.

Утро начинается грустно.

Кости нет... А я, надеясь, что приедет, приготовила завтрак на двоих.

Без него в этой квартире очень пусто. И я все время думаю - где он. Позвонить первая не решаюсь. Мне кажется, я и так слишком навязчива была вчера.

Перебрав ещё раз документы, еду по адресу написанному на стикере. Ищу нужного человека. Документы у меня принимают сразу, без всяких мытарств и задержек, стоит только сказать волшебную фамилию. И это несмотря на то, что суббота. Меня явно ждали. Ещё и помогают правильно составить иск. Берут номер телефона и обещают позвонить, как только дело сдвинется с места.

Не знаю для чего, но после этого, я еду к нашему старому дому. И сев на лавочку возле подъезда смотрю на окна. На кухне висят шторы, которые покупала ещё мама. И это злит меня так, что перехватывает дыхание. А между уютных штор в мелкий персиковый цветочек стоит цветочный горшок в виде древнегреческой амфоры, который я дарила маме. И цветок в нем увядший. Почти все листики высохли.

Были бы стеклянные, а не пластиковые окна, звезданула бы в окно камнем, честное слово!

К подъезду подъезжает грузовая машина. Грузчики вытаскивают диван.

— Девушка, а у Вы нам дверь не откроете?

— Открою...

Достаю магнитный ключ. Открываю дверь подъезда. И держу ее, пока они вносят диван.

Дверь в нашу квартиру открывается.

— Сюда... сюда... - слышу женский голос.

Это она… женщина моего дядьки. Внутри меня словно застывает все.

Ненавижу ее! Противная чернявая тетка. Это она дядьку подбила меня с квартирой кинуть. Жадная, хабальная! А он малодушный и бесхарактерный.

И они словно оскверняют место, где я была счастлива, хозяйничая тут.

Выпрямляя плечи, решительно иду в квартиру, следом за грузчиками.

— Аккуратнее! Аккуратнее! Мы только новую плитку положили. Не уроните, потрескается.

Диваном грузчики вытесняют тетку в зал.

Плитка - с зеркальным эффектом. И наверное очень дорогая. На стене висит панель от теплых полов. У нас был старенький паркет. Поскрипывающий, но уютный.

Не разуваясь, прохожу в кухню, пока она командует куда ставить диван.

В кухне - тоже ремонт.

Забираю горшок с окна. И уже в прихожей сталкиваюсь с ней.

Оторопев, она, сначала, теряется. А потом, узнав меня, возмущённо охает. И уперев руки в бока, преграждает мне путь.

— А ну-ка поставила!

— Нет. Это моё.

И этот несчастный горшок, словно символ того, что они у меня несправедливо отобрали. Не отдам и все! Из принципа не отдам!

— Я сейчас полицию вызову!