Книга Волк, которого я ненавижу, страница 88 – Наталия Ладыгина

— Не смешно!

— Ты права, не смешно. Ругаться просто не хочу.

— Черт, ты не умеешь просить прощения, — цокнула я. — Совершенно не умеешь.

И даже сейчас он не сообразит произнести банальное «прости». В этом весь он — Райан Эртон. Моя пара, мой личный кошмар, моя надежда на лучшую жизнь. Ведь я в самом деле задумывалась о жизни с ним, и по иронии, это было в то время, пока он был мертв.

Он, кажется, что-то говорил об отдельном жилье и о заботе обо мне, в будущем. Тогда я его ненавидела, хотела избавиться, но я запомнила каждое его слово. Они словно отпечатались у меня где-то глубоко внутри. В сердце.

— Я попрошу у тебя прощения, но только не сейчас, — еще и торгуется со мной. — Сначала разберемся со всем, — это он о моем бывшем в багажнике.

— А если бы я сказала, что… — протянула я, чем заинтересовала его. Он даже поехал медленнее. — Ладно, проехали. Потом скажу, когда со всем разберемся, — ухмыльнулась я, добившись своего.

— Что, Джейн? Скажи мне, — он словно догадывается, о чем я хочу сказать. — Сейчас или никогда.

— Почему: сейчас или никогда? Ты что, опять помереть собираешься?

— Черт, Джейн, просто скажи, что хотела сказать. Не заставляй меня заставлять тебя, — как-то глупо прозвучало.

— Да уже ничего не хочу, — недовольно скривила губы.

Мы остановились. Волк психанул не на шутку от того, что не получил того, что хотел. Интересно, он всегда так будет своего добиваться?

— Какого черта ты остановился? Нас вообще-то ждут.

— Подождут, — отстегнул свой ремень безопасности. — Говори.

— Райан…

— Ну не вынуждай меня, дорогая, — устало произнес волк. — Я хочу знать все сейчас. Мне это необходимо.

— А я хочу услышать извинения сейчас. Ты… ты был эгоистичной сволочью. Ты и сейчас… сволочь, — шиплю на него.

— Сволочь, да? — прищуривает глаза.

— До тех пор, пока не извинишься.

— А ты стерва, которая сейчас пытается выдавить из меня извинения за хороший поступок, — вот оно значит как. — Пожалуйста… Скажи мне, пожалуйста, что ты хотела сказать.

— Что люблю… тебя, — это вырвалось, я не планировала так быстро сдаваться ему на радость. — Это… правда, — опустила глаза вниз, на свои колени.

Когда подняла взгляд, он по-прежнему смотрел на меня. Я ждала хоть какой-то реакции, но не того, что Райан Эртон сейчас и пары слов не может вымолвить. А где же эмоции? Приступ экспрессии?

— Едем, — он просто заводит машину, и мы едем дальше.

Да пошел он к черту! Почему он мне ничего не ответил? Хоть бы тоже сказал, что любит. Но нет, тишина.

В этой тишине мы доехали до самого здания совета, а это целых десять минут тишины, если не больше.

— Ты не пойдешь, — припарковался. — Я там тоже долго не задержусь. Пусть официальные члены клана это решают.

— Но… как же… — растерялась.

— Я уведу его, а ты даже не выходи из машины, — это скорее приказ, нежели просьба. — Все равно сегодня ничего решать не будут, и я бы не рассчитывал на справедливое решение.

— То есть…

— У него больная мать, — констатировал Райан. — И Лоур не будет на все четыре стороны орать про этот случай, да и я трепать не буду. Только за тебя он ответит. За то, что выстрелил в тебя, пускай и случайно.

Думаю, за это в лучшем случае ему грозит изгнание. Так он и так собирался уехать отсюда. Мать-то он уже перевез. Ему не нравилась жизнь в этом клане. Никогда не нравилась.