Книга В жены поневоле, страница 75 – Наталия Ладыгина

— Я готова, — отвечаю холодно.

— Что ж, пошли.

Мы обе вышли из дома, подошли к машине, где ждал водитель и охранник. Ксения Павловна села первой, а я с другой стороны.

— Как красив наш город… — протянула женщина, глядя в окно. — Повезло нам жить в нем…

Она разговор пытается развить, а я помалкиваю. Не о чем мне с ней говорить. Все мои мысли о том, что грядет. Я искренне верю, что у нас все получится. Должно получиться. Я верю в Кирилла. Большей уверенности мне не нужно.

— Ты не думай, что мне плевать на Кирилла.

— Я ничего не думаю.

— Нет, ты думаешь. Он… знаешь… был любимым внуком своего деда. Думаю, поэтому он выбрал его для тебя в мужья. А вот почему он захотел, чтобы именно ты стала его женой… — цокнула женщина.

Думаю, мы никогда не узнаем этой правды. А она и не нужна мне. Мне нужно другое. Покоя для людей, которых я считаю близкими. Хочу, чтобы спокойно родился мой ребенок, и чтобы вокруг него не было людей, которых я презираю. Хочу гармонии. И мы в одном шаге от нее. Все должно закончиться сегодня.

— Ты меня слышишь, Ульяна? Я с тобой говорю, — ей надоело, что я отмалчиваюсь.

— Уверена, что вы отличная собеседница, Ксения Павловна, но лучше я помолчу, — отфутболила свекровь, на что она показательно фыркнула.

Нас сразу пропустили, без вопросов, когда мы появились в больнице. Охранник следовал строго за нами, шаг в шаг, а я то и дело, что вертела головой.

— Стой здесь, — приказала она мужчине и, взявшись за ручку, открыла дверь в палату. — Кирилл… Здравствуй, дорогой. Ты…

Я вхожу следом и вижу Кирилла, уже сидящего на постели. В одежде. Он был готов к побегу.

— Мама?.. — произнес Кирилл, глянув на меня. Я лишь покачала головой, прося его таким образом не винить меня.

— Что ты… Что ты задумал? Ты… ты должен был… спать.

— Спать, да? Я больше не принимаю ту дрянь, которую вы мне прописали. А сейчас, я и Ульяна — уезжаем. И вы больше не станете нас преследовать. Если вы только попробуете что-то сделать, включая вреда женщине Максима, то я выпущу разгромную статью о вас. Вы должны оставить нас в покое, а Надежду отпустить. У вас на это три дня. Можешь передать это отцу.

Ксения Павловна долго не думала, сделала резкий рывок назад, где позади стояла я, вероятно, чтобы позвать охрану, но я не дала ей этого сделать.

Что есть сил толкнула женщину, а Кирилл, поднявшись с постели, схватил ее и накрыл ей рот ладонью. Ему было тяжело это делать из-за ранения, но на ногах он стоял крепко.

Тут же из-за ширмы вышел мужчина грозной наружности, который все это время был здесь, и рванул за дверь к охраннику. Судя по звукам он его нейтрализовал.

Мужчина врывается обратно в плату и произносит жестко:

— Ждать нечего. Нужно уходить. Сейчас.

Кирилл убирает свою ладонь со рта матери и толкает женщину на кровать. Перед этим вырывает у нее сумку из рук.

— Зря ты это Кирилл! Отец этого так не оставит! — грозит Ксения Павловна.

— То есть ты ничего не поняла, да? — рычит Кирилл. — Если он не отстанет от нас и не отпустит Надю — я разгромлю к чертям все то, что вы создали. А репутация — это самое ценное, что у вас только есть. Никакие компании больше не станут с вами сотрудничать, если вы так опозоритесь.

— Ты не посмеешь… — цедит Ксения Павловна. — Отец это для вас строил. Для вас! Неблагодарные!