Книга Последняя рыбалка майора Никитича, страница 39 – Ольга Липницкая

Домбровский скривился так, словно в откушенном куске яблока увидел червяка, раздраженно отвернулся и глубоко вдохнул, явно пытаясь успокоиться, чтобы не наговорить лишнего.

Михайловский потянулся к рации.

— Ну смотри, – оглянулся он на толстяка, – Если что, то ты с нами ко дну пойдешь! – включил кнопку вызова, – Никитич, прием!

.

Марийку пересадили быстро.

Только вот провожающего ей не могли найти долго.

— Гох, давай ты! – совершенно забыв о субординации кивнул своему начальнику Никитич.

— А че я? Я и яхтой-то управлять не умею! – заволновался Михайловский, жаждавший острых ощущений.

Санька Никитич забирал. Действующие бойцы ему были нужны.

Чибис стоял у штурвала Нерии. Домбровский, вроде как, сопровождал толстяка.

Соколовский зло посмотрел на друзей:

— Ну что, мне самому метнуться? А вы тут пока подождете, покурите? – скривился он, намекая на то, что время уходит.

Чибис, нервно стиснув зубы, резко дернулся, прошел круг по палубе, остановился у борта, вперив напряженный взгляд куда-то в мутную даль, словно хотел там разглядеть свою Ленку.

— Моих бойцов с Нерии ссадите? – тихо предложил толстяк, – Я команду дам, чтобы не рыпались. Заодно они и яхту к берегу отгонят.

— Ага! – побагровел Никитич, – Щаз! Доверю я жену твоим людям!

И резко подался вперед, вспомнив, что именно этот экземпляр рода человеческого собирался его Марийку сделать своей игрушкой.

— Давай я пойду, – тряхнул волосами Домбровский, – Доставлю твою супругу до дома в целости и сохранности, а там подумаем, как с берега вам помочь.

— Добро, – Никитич с жаром пожал руку товарищу своего шефа.

Напуганная Марийка Марийка, бледная и растерянная, на секунду застыла, вцепившись пальцами в рукав мужа, всхлипнула, прижалась к нему крепко, вызвав завистливый взгляд толстяка, и быстро перешла по трапу на борт маленькой яхты.

Санек, Михайловский и толстяк остались на Нерии, а Домбровский уверенно шагнул на своё свежее приобретение, быстро и чётко скинул трап, проверяя взглядом, чтобы всё было на месте и ничего не задерживало отход.

— На связи! – кивнул он.

— Принято! – отозвался Санек.

.

Домбровский завел мотор и без лишних слов направился к берегу.

Он не мог подойти к тому причалу, с которого выходил. Присутствие Марийки вызвало бы подозрения. Поэтому подвел судно максимально близко, заглушил мотор.

— Колян, я бросил якорь, – отзвонился он деревенскому плотнику.

Еще минут через десять Марийка услышала тихий плеск весел.

— Здорово!

Мужики перебрасывались короткими фразами, рукопожатиями.

— Аккуратнее, сокровище ты наше! – хохотнул Домбровский, – Колян, за вашу ведьму миллион давали!

— В смысле? – вытаращил глаза мужик, – Миллион рублей!

— Бери выше! – подмигнул Марийке Домбровский, вызвав ее гневный взгляд и обалдевший вздох Коляна.

Колька бережно усадил Марийку в лодке, взялся за весла…

По берегу нетерпеливо бродил Евген…

— Ну? Марий! Вас когда разделили? Где они? Как?

— Женя! – пискнула Марийка и…

Обхватила за шеи обоих мужчин одновременно, прижавшись висками к их небритым щекам.

Колька резко отвернулся, шумно втянув носом воздух, словно пытаясь загнать обратно слёзы, стремительно катившиеся по щекам. Его плечи дрожали, выдавая внутреннюю борьбу.

Евген замер, будто окаменев, веки медленно опустились, скрывая лихорадочный блеск в глазах. Он тяжело сглотнул, и лишь кадык, резко дёрнувшийся вверх-вниз, да едва заметная жилка, судорожно пульсирующая под левым глазом, раскрывали мучительное напряжение, разрывающее его изнутри.