Книга Последняя рыбалка майора Никитича, страница 32 – Ольга Липницкая

На мгновение зал застыл в тишине, а затем взорвался ревом аплодисментов, свистом и жадными криками.

— Стартовая цена – тридцать тысяч долларов! – взволнованно провозгласил распорядитель.

Столики мгновенно вспыхнули зеленым светом, превращая зал в мерцающее безумие.

— Тридцать пять! Сорок! Пятый стол – пятьдесят! Нет, уже шестьдесят пять! – кричал распорядитель, захлебываясь от возбуждения.

— Мрази! – прошипел Домбровский, судорожно нажимая на кнопку и чувствуя, как бешено стучит сердце, словно в последний раз.

— Семьдесят пять! Восемьдесят! – кричал голос ведущего, не в силах совладать с собой. – Сто! Господа, сто тысяч за право провести вечер с этой непокорной красавицей!

Марийка резко дернулась, её губы четко проговорили что-то острое и бескомпромиссное.

— Сто пятьдесят! – взорвался Домбровский, поднимаясь с места, уже не скрывая своего отчаяния.

— Сто шестьдесят, – властно и хрипло прозвучал голос за его спиной, заставляя мурашки пробежать по позвоночнику.

— Сто семьдесят! – Константин не сдавался, голос дрожал от напряжения.

— Двести! – отрезал тот же бас, и в нем была насмешка, издевательская уверенность в победе.

Домбровский резко обернулся, пытаясь понять, какая именно маска бросает ему вызов, но лица скрывала непроглядная тайна.

— Двести пятьдесят! – отчаянно воскликнул Михайловский, включившись в торги.

Тяжелая маска позади молчала. Воздух в зале был заряжен электричеством, время замедлилось до болезненного предела.

— Двести пятьдесят раз! – выкрикивал распорядитель с нарастающим ликованием. – Двести пятьдесят два…

— Триста! – рыкнул хриплый голос, словно ударив кулаком по нервам Домбровского.

— Пятьсот! – выкрикнул Константин с отчаянной яростью, уже не считая, не думая, чувствуя лишь всепоглощающее желание победить любой ценой.

— Костян, откуда такие деньги налом?! – шепотом спросил Гоха, с трудом скрывая ужас и удивление.

— У тебя займу! – процедил Домбровский, не отрывая взгляда от сцены.

— Заметано! – кивнул Михайловский, голос звучал твердо и решительно.

— Пятьсот раз! – почти визжал распорядитель, захлебываясь азартом. – Пятьсот два…

Позади Домбровского раздался стук, словно кто-то резко встал, отшвырнув стул. Недовольный рокот, шипение, удар ладонью по столу…

И хриплый бас, постоянно перебивавший ставку Константина выдавил из себя:

— Миллион!

Зал мгновенно оглушило взрывом эмоций: кто-то вскрикивал от восторга, кто-то ругался, кто-то, не веря своим ушам, бормотал, что ставка явно безумна. Мужчины вскакивали с мест, стучали по столам, не скрывая потрясения и восхищения.

Причем орали все и разом…

Домбровский замер.

Ледяной холод сковал все его тело.

У него был миллион долларов. В активах, в акциях…

Черт, он бы поставил все! Реально сейчас он готов был поставить абсолютно все!

Но принимали только наличные…

Условия были жесткие.

Если покупатель был не в состоянии заплатить… Больше его никто и никогда не видел.

Дыхание Константина сбилось, ладони вспотели…

— Гоха? – прохрипел он вопросительно…

— У меня с собой только триста тысяч… – отчаянно просипел Михайловский.

Домбровский резко обернулся к распорядителю, шагнул вперед.

— Яхта! Я могу поставить яхту? Та, на которой мы прибыли.

— Извините, – чуть иронично и высокомерно улыбнулся мужичонка, который мог заработать разве что на флаг для такой яхты, как купил Домбровский, – К ставке принимаются только наличные. Условия одинаковые для всех. Итак, – он обернулся к залу, – Миллион раз, миллион два… – обвел взглядом напряженную толпу алчных мужчин, – Миллион три! Продано!