Книга Плохие вести от куклы, страница 68 – Джеймс Хэдли Чейз

Автомат заглох, и тишина, сменившая его злобное рокотание, была почти мучительна. Он пододвинулся ближе к бочке и осторожно огляделся. В сарае погас свет, дверь была закрыта. Он нашарил вторую гранату и кинул ее в дверь. Едва он поднял руку, пулемет снова заговорил, и он еле-еле успел пригнуться.

Граната попала в дверь, и в темноте вспыхнула целая стена света, а потом раздался оглушительный грохот. Над головой полетели щепки и обломки кирпичей, и от взрывной волны у Феннера закружилась голова. Он пересмотрел свое отношение к изделиям Скальфони. Пулемет опять заглох. Снова выглянув из-за бочки, Феннер увидел, что дверь разбита и болтается на одной петле. Дерево и слой краски почернели от дыма и потрескались. Тут же позади сарая прогремели два более сильных взрыва, – видимо, это Шайфе выполнил поручение.

Положив «томпсон» поверх бочки, он выпустил по сараю длинную очередь и снова пригнулся. Кто-то ответил неровной стрельбой из пулемета, и Феннер выпустил в ту сторону половину обоймы. Все надолго затихло.

Подняв глаза, Феннер увидел, что по склону вниз ползет Скальфони, одной рукой хватаясь за грудь. Он был ничем не защищен, но Феннер представил себе его торжествующую ухмылку. Того, должно быть, засекли во время спуска, потому что кто-то начал палить по нему из автомата. Скальфони не потерял голову, сунул руку за пазуху, достал гранату и швырнул в сторону сарая. Феннер проследил траекторию полета взглядом, потом упал на песок. У него было ужасное чувство, что граната обрушится прямо ему на голову.

Граната угодила в сарай и со страшным грохотом взорвалась. Небо озарила долгая вспышка, и крыша сарая загорелась. Скальфони быстро спустился вниз, больше никто в него не стрелял. Согнувшись вдвое, он пробежал мимо сарая и присоединился к сидевшему за бочкой Феннеру.

— Вот это да! – взволнованно сказал он. – Сработало! Вот это ночка! Да она стоит всех девиц на свете!

— Осторожнее: они сейчас выйдут.

— Дай-ка угощу их еще одной. Только одной, чтобы встряхнуть их хорошенько.

— Да пожалуйста, наслаждайся.

Скальфони кинул гранату в открытую дверь. Последовал такой мощный взрыв, что их обоих, пусть и прячущихся за бочкой, слегка контузило.

Миг спустя кто-то закричал:

— Сдаюсь, выхожу! Не надо больше, не надо!

Феннер не шелохнулся.

— Выходи, руки вверх!

Из пылающего сарая, пошатываясь, вышел человек. Его лицо и руки были изрезаны осколками стекла, почти вся одежда сорвана. Он стоял качаясь в неверном свете пламени, и Феннер узнал Миллера. Детектив вышел из-за бочки и осклабился.

Подбежал Шайфе, на тощей физиономии явственно читалось волнение.

— Еще есть?

— Остальные мертвы, не трогайте меня, мистер.

Феннер протянул руку и схватил его за порванную рубашку:

— Я-то думал, что с тобой уж покончено.

Узнав Феннера, Миллер рухнул на колени.

— Бога ради, не надо! – пробормотал он.

Феннер поднял его свободной рукой:

— Кто там еще есть? Давай, птичка, пой!

Миллер весь дрожал.

— Больше никого, – проныл он. – Все мертвы.

Прибежал Алекс. Феннер сказал ему:

— Позаботься об этом парне. Обращайся с ним хорошо. Он пережил серьезное потрясение.

— Чего-чего?

Алекс размахнулся кулаком и сбил Миллера с ног, потом принялся пинать ногами.

— Эй, полегче, – сказал Феннер. – Я хочу поговорить с этим уродом.