Книга Неверморе, страница 98 – Елена Ядренцева

— Извини, ты устала. Я иногда тоже… лучшее из возможного считаю нормой. Не соотношу. Ты хорошо сгущаешь образы.

Какие образы?

— То, что ты описала, можно прочитать. Если бы рядом была та же Камышинка, она бы все увидела, даже если бы ты молчала. Может, кроме перчатки: ты там сбилась на кухонную, а нужна-то была сегодняшняя уличная.

— То есть это поэтому так тяжело?

— Конечно, ты же делилась образами.

— А почему вы не сказали сразу, мол, покажи мне?..

— Ты бы тогда ответила: «Я это не могу».

А я бы, кстати, правда так ответила.

— Не хочешь попытаться полистать меня?

Смотрю на М. Обычно он не приглашает, и я больше чем уверена, что без его согласия я и краешка образа не уловила бы. Смотрю на М., вижу не то: тонкие губы, бледные веснушки, серые глаза, светло-рыжие волосы; все, что снаружи.

— Ну, сосредоточишься?

Самое странное – что мы ни в кого еще не врезались; но М.-то может читать и идти одновременно, он смотрит, чтоб я случайно не вписалась ни в какой фонарь; надо же, кто-то тащит меня за руку и не испытывает отвращения. Хотя мы ведь одеты оба, он ко мне не прикасается…

— Мира.

— Да что? Я только ваше лицо вижу.

— А ты смотри внимательнее.

Я представляю, как проламываю стену, точнее, как бью по ней кулаком, а она картонная. Три Точки с Камышинкой спорят на поляне, оба – младше, у Камышинки нету под глазами синяков, черные листья вьются вихрем; Три Точки всплескивает руками у себя на кухне и сует свитер в руки М., а тот сидит на табуретке, совсем мальчишка, я бы даже не подумала; М. на берегу моря смотрит в чью-то спину, волны захлестывают; сейчас кто-то повернется…

— Сначала я тебя переоценил, а теперь вновь ошибся, но в другую сторону. Ты прочитала средний слой.

— А, да?

— Ничто из этого я бы по доброй воле никому не показал.

Я же не знала! Мы забрели на рынок; стоим у лотка с хурмой, на хурму сыпет снежная крупа, ветер роняет тент, и М. вдруг мельком улыбается и говорит:

— Ловкий котенок – так почти никто не смог бы.

Метель стихает; две хурмы мы отважно берем с собой на ужин.

Я этого всего не заслужила: чтобы передо мной распахивали дверь, если она тяжелая; не заслужила, чтобы сонные администраторы ни разочка не спрашивали паспорт; не заслужила, чтоб со мной разыгрывали в «камень-ножницы-бумага», кому первому идти в душ, а не шли сразу просто так, по праву старшинства. Сегодня, кстати, выиграл М., поэтому я могу сбросить кроссовки, залезть с ногами на диван (планирую сообщить, что буду спать только на нем, а М. пускай как хочет, пусть кровать стоит пустая), засунуть кипятильник в походную эмалированную кружку с надписью «НЕ СЛОМАЙ» и думать дальше. У меня есть целый список.

Не заслужила, но имею / получила:

— вишневый пирог (его мне обещал еще хозяин гор, но, кажется, если я буду думать о хозяине, М. выкрикнет мне новое задание прямо из ванной);

— поход на карусели (Камышинка как-то собралась с детьми и с мужем, а М. потом спросил: «Ты что же, тоже хочешь?»);

— поход в оперу (вот там, увы, мне больше всего понравились бархатные кресла, а не понравилось, когда король в сюжете принялся как-то особо рьяно угрожать своему врагу и я от этого проснулась, а М. спать даже не думал);

— сон в такси (на плече у М.);

— рассветы над рекой;

— внезапный кофе в лавке сладостей;