Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 52 – Алим Тыналин

— Чертов умник, — сказала она. — Как ты узнал? Догадался?

Я продолжал улыбаться. Хорошо, очень хорошо. Сомнения были. Но я все-таки оказался прав.

— Конечно, догадался. Ты слишком много знаешь. Причем такого, что невозможно выявить просто при поверхностном чтении человека. Только прочитав его досье. Вот как объясняются твои голоса в голове. И потом, тебя порекомендовала прокуратура. С обычной гадалкой такого никогда не случилось бы.

Сапфирова продолжала сверлить меня взглядом. Я понимал, о чем она думает. Прикидывает, как быть дальше. Как вести себя со мной. И о чем договариваться.

— Давай сделаем так, — я решил помочь. — Мы можем оставить все, как есть. Делать вид, что мы пара. И ты меня держишь на поводке. Это для твоего куратора. Иногда я буду подкидывать ему жирные куски. Через тебя. И он будет доволен. Но взамен ты будешь иногда закрывать глаза. На мои поступки.

Сапфирова задумалась. Потом спросила:

— А если нет? Если откажусь?

Я пожал плечами.

— Тем хуже для тебя. Ты вряд ли сможешь знать, что я делаю. Полностью. Как бы ни старалась. Больше того, я буду ограничивать тебя. И это вызовет недовольство Рокотова. Он ведь и так приказал усилить контроль. Выяснить, что у меня на уме. По поводу Пикового туза. Верно? Он звонил насчет этого?

Несмотря на браваду, я внимательно наблюдал за девушкой. За малейшими изменениями на лице. Пытался выяснить, когда скажет неправду. И сейчас я впился в нее взглядом.

На лице Сапфировой не дрогнул мускул. Она помолчала. Потом подумала. И кивнула.

— Да, верно. Насчет него. Но не только, чтобы узнать твои мысли, — она насмешливо улыбнулась. — Ты слишком высокого о себе мнения. Солнце не крутится вокруг одного тебя. У меня свое задание. И оно тебя не касается.

Я встревожился.

— Послушай, малышка. Это очень, очень плохая идея. Ты, конечно, решаешь сама. Но я предлагаю объединить усилия. Пиковый туз — очень опасный малый. Опаснее Пикового короля. Это точно. Не шути с ним. В одиночку. Рокотов тебя не спасет. Он, наоборот, подставит тебя. Как приманку. Как овечку, которую привязали под деревом. Чтобы блеянием привлечь тигра.

Сапфирова обиделась. Указала на выход.

— Кажется, ты засиделся. Надо же, чего вздумал. Решил назвать меня овцой. Иди уже. Насчет нашего сотрудничества я подумаю. И скоро скажу.

Я поднялся.

— Хорошо. Только пообещай не начинать действовать по Пиковому тузу. Пока мы с тобой не договоримся.

Сапфирова собирала вещи обратно в шкаф.

— Ладно, ладно. Иди уже. Благородный рыцарь.

Я вышел из ее квартиры. На улице капал дождь. Я поднял воротник пиджака и побежал за такси.

* * *

В ту же ночь двое мужчин приехали к квартире Сапфировой. Машину оставили за несколько кварталов.

Остаток расстояния прошли пешком. На улице полумрак. Дождь не прекращался. Шел всю ночь. Мужчины не обращали на него внимания.

У одного прозвище Шестой. У другого — Семерка. Оба пиковые. Из новой колоды. Раскинутой недавно в Ленинграде.

Оба приезжие. Оба с опытом службы в армии. И с последующей отсидкой.

Шестой — мужчина лет тридцати. Служил мотострелком. Сержантом. Потом загремел в дисбат. Вышел и через несколько лет снова сел. Уже на гражданке. За ограбление.

Мужчина среднего роста. Обычный, чуть упитанный. Короткие толстые руки, кривые ноги. В паре он отвечал за силовое прикрытие.