Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 114 – Алим Тыналин

Подождав еще немного и ничего не услышав, я успокоился. Вокруг постепенно светлело. Все утихло, больше никаких подозрительных звуков. Наверное, дебоширы успокоились.

Вот только как объяснить выстрелы, причем автоматные? Или мне это почудилось? Наверное, боль в животе была такая сильная, что у меня возникли слуховые галлюцинации.

Я медленно вздохнул и выдохнул, вышел из-за ствола дерева и отправился дальше. Что за день сегодня дурацкий такой? Выспаться не удалось, и нормально пробежаться тоже. А теперь еще и всякая лютая дичь под носом творится.

Когда я проходил мимо коттеджа, оттуда из окна, взломав стекло, со звоном и в облаке осколков, выскочил человек. Не просто так, а со второго этажа.

Свалился вниз, приземлился, к счастью, на газон. А если бы на асфальт? Так и ногу сломать недолго.

— Ты совсем озверел, что ли? — спросил я у человека. — По лестнице нельзя было спуститься?

Не удостоив меня ответом, человек рванул было прочь. Он был одет в спортивный костюм и шлепал ногами по земле. Явно какой-нибудь участник Игр.

Кажется, он даже и не услышал меня. Потом оглянулся, махнул рукой и громко прошептал:

— Сваливаем отсюда, быстро!

Я удивился, ведь он говорил по-русски, а насколько мне известно, здесь члены нашей делегации не размещались. Только я хотел спросить, кто он такой, как в коттедже снова раздались выстрелы и крики.

Причем не приглушенные, как до этого, а отчетливые и сильные. Прямо над ухом. Недолго думая, я рванул вслед за незнакомцем, который дал мне такой полезный совет. Если уж он знал кое-что о происходящем, то, значит, и знал, куда теперь сваливать.

Причем, судя по его сноровистому бегу, мой благодетель и в самом деле знал, куда скрываться. Сзади продолжали раздаваться выстрелы, и одиночные, и автоматные. Что за дьявольщина, тут какое-то учения проводятся, что ли?

Мы обежали следующий коттедж, завернули за угол и вскоре тот дом, откуда раздавались звуки, остался далеко позади. На мгновение незнакомец остановился, тяжело дыша и оглядел окровавленные ладони. Я только сейчас заметил, что он был в одних носках на босу ногу.

Вот дерьмо, оказывается, тут все серьезно.

— Что тут происходит? — спросил я и прижал руки к животу. Боль только что вернулась. Вернее, она уже давно терзала меня, но я обратил внимание только сейчас. — Там что, действительно, стреляют из автоматов?

Человек посмотрел на меня и кивнул.

— Это террористы, — хрипло ответил он. — Они напали на нас.

Вот дьявол, оказывается, дела еще хуже, чем я мог предполагать. Террористы здесь, в Олимпийской деревне?

— Вы шутите? — спросил я и тут в моем мозгу вспыхнуло давнее воспоминание. Что-то я такое слышал, еще тогда, в прошлой жизни. — Какие такие террористы?

— Вот такие, — ответил мужчина. — Самые настоящие. Надо немедленно вызвать полицию. Там мои товарищи, члены израильской олимпийской сборной. Они их сейчас убьют!

И вот теперь я вспомнил о чем идет речь! Идиот, придурок, тупица! Как же я мог забыть про теракт на Олимпиаде в Мюнхене? Правда, я никогда не знал, в каком году произошло это трагические происшествие, но когда-то, еще в прошлой жизни, краем уха слышал о нем.

И почему теперь ни разу не вспомнил об этом? Вот что значит не интересоваться историей и политикой. Не знаю, смог ли бы я предотвратить его, но по крайней мере, мог бы попытаться.