Книга Не отступать и не сдаваться. Том 3, страница 49 – Алим Тыналин

Теперь мне обязательно надо вырубить Дубинина в нокаут. Если я хочу восстановить свою репутацию и доказать, что я лучший в боксе, я должен сделать тоже самое, что и он со мной. Прорваться сквозь его броню и уложить на настил.

Любая другая победа, тем более по очкам, будет неубедительной. А значит, я должен ввязаться в ближний бой и устроить там кровавую мясорубку. А для этого я должен быть в ближнем бою, как рыба в воде.

Поэтому сейчас я сразу ломанулся вплотную к Антону. Голова у противника лысая, нос широкий, расплющенный, щеки отвислые. Чем-то он напоминал моего непримиримого врага, Мазурова Дмитрия.

Стоял в низкой защитной стойке. Черные, почти круглые перчатки готовы для удара.

Для начала я пробил двойку. Прямой удар левой, тут же правой. В голову, посильнее. Антон выпрямился и контратаковал. Тоже прямой левой, короткий и мощный. Потом боковой удар в голову.

Бамс! Я пошатнулся, откатился назад. Ого, атака получилась неудачной. Оборона у Антона поставлена грамотно. Вот так, кавалерийским наскоком не возьмешь.

— Куда ты прешь, придурок? — тут же спросил сбоку Егор Дмитриевич. — Силовой бокс — это прежде всего ум, только потом сила. Думай, думай, ищи его изъяны в защите. Работай.

Ну что же, раз так, давайте подумаем защиту противника со всех сторон. Я тряхнул головой, налетел снова.

Вот только уже не напал без оглядки, а начал обрабатывать Антона по всем этажам. Голова, туловище, вернее, солнечное сплетение, живот. Ну-ка, покажи, где ты хуже всего.

Очень скоро выяснилось, что у Антона мощная защита, но он сильно уступает в скорости. Это и так было понятно, судя по его габаритам, но я даже не думал, что он такой неповоротливый.

Ладно, отложу это знание в копилку. Что там еще у него?

Вскоре я узнал, что Антон хорош в контратаке. Сам нападает редко. Его конек — это боковые удары. Пару раз он чуть не зарубил меня ими. Я еле увернулся. Если бы не успел, тогда меня ожидал бы новый нокаут и окончательное разочарование от Егора Дмитриевича.

Когда я более-менее разобрался в противнике, тренер объявил конец раунда.

— Первый раунд остался за Антоном, — объявил он. — Витя, если так будет продолжаться дальше, снимай перчатки и иди в танцоры. Туда тебе дорога. Машешь руками без толку.

Я отдыхал и восстанавливал дыхание. Молчал. Одновременно делал вид, будто бы устал, как загнанная лошадь. Антон не стал садиться и стоял в углу ринга, с усмешкой поглядывал на меня.

Ну же, Егор Дмитриевич. Вы же не думаете, что я просто проводил разведку боем на протяжении всего раунда? Самое главное, это вселить в противника уверенность, что вскоре он победит.

Как раз то, что сделал Дубинин во время боя со мной. А на самом деле это он контролировал поединок. Теперь настала моя очередь запудрить мозги сопернику. Ох, Антоша, не позавидую я тебе в следующем раунде.

— Ну все, хватит рассиживаться, — скомандовал Егор Дмитриевич. — Второй раунд.

Я тяжело поднялся, сунул капу в рот и медленно двинулся навстречу противнику. Антон с усмешкой поджидал меня в центре ринга.

На этот раз я повел себя совсем по-другому. Чуть опустил руки, тяжело дышал. Даже чуть ногу подволакивал, чтобы показать, будто я нахожусь сейчас в совершеннейшем расстройстве.

Вот он я, расхлябанный чемпион. Валяюсь на земле брюхом вверх, как перевернутая черепаха, беспомощный и разбитый. Подходите, кто хочет, берите голыми руками. В общем, за актерскую игру можно поставить десять баллов.