Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 207 – Алим Тыналин

— Ну ты же знаешь, что мне сейчас нельзя… — бессильно сказал я и замолчал. — У меня же соревнования на носу.

Нет, это бесполезно. Ольга явно наслаждалась замешательством в моих глазах. Если она выступит меня из техникума, это будет пределом ее мечтаний.

— Ты у нас не особенный, Рубцов, — сказала девушка металлическим голосом. — Ну и что, что ты выступаешь на каких-то там соревнованиях? Закон для всех один, в том числе и учебный. А ты его нарушил. Так что давай, иди отсюда. Скоро получишь приказ об отчислении.

Но тут вмешалась полная женщина, из тех, что может остановить танк одной левой.

— Рубцов? — спросила она. — Рубцов Виктор? Что же ты к ней пристал, иди сюда! Это я звонила тебе домой. Ты почему не выполняешь учебную программу?

Выяснилось, что эта женщина теперь главный методист, что ее зовут Елена Петровна и что это она обнаружила мои грехи, перебирая бумаги учеников. Я растерянно поглядел на Ольгу. Это что же получается, девушка не участвовала в расправе надо мной? Или просто подкинула мысль об этом своей новой начальнице?

Как бы то ни было, для решения спора нам пришлось переместиться к директору. Тот Иуда развел руками.

— Рубцов, у нас с тобой была договоренность только насчет свободного посещения. Никто не освободил тебя от обязанности сдавать экзамены и выполнять все задания. Или ты думал, что такой особенный?

Ух ты, эти слова я уже слышал в техникуме второй раз за час. Видимо, тех, кто их произносил, коробило от моего духа свободолюбия. И стремления к свободному посещению. Ну, а как же, никто не любит, когда ученик ускользает из-под контроля.

Короче говоря, с директором договориться тоже не удалось. Надо мной реально навис дамоклов меч отчисления. В эту минуту я вспомнил о том, что у меня имеются связи в комсомоле и прямо из техникума отправился к Борису Попову, молодому активисту и комсомольскому вожаку.

Борис, к счастью, оказался на месте. Он выслушал мои горести и стенания и проникся сочувствием. Постарался помочь, только у него плохо это вышло. Позвонил куда-то в пару мест, но особо не помог. Его собеседники обещали помочь и если что, договориться, но пока что ничего делать не могли.

У меня остался еще один вариант, Козловский. Возможно, он в силах помочь. Но как же не хотелось к нему обращаться.

— Ну, старик, извини, — сказал Попов, разведя руками. — Если что-нибудь срастется, я тебе обязательно сообщу. А пока что ситуация такова.

Поэтому сразу после комсомола пришлось ехать в спортивный комитет, где я уже бывал с Худяковым и директором «Орленка». Козловского не было на месте. Пришлось его ждать, я намаялся в приемной полтора часа. Вот когда я пожалел, что не существует смартфонов, мессенджеров и интернета, для того, чтобы быстро связаться с чиновником.

Явившись, Козловский нисколько не удивился моему появлению. Он только погрозил мне пальцем. Сегодня все радовались при виде меня, поскольку знали, что у меня могут быть проблемы.

— Я знал, что ты в итоге появишься, — сказал чиновник. — Ты такой человек, Рубцов, что любишь притягивать к себе неприятности. Хотя и преодолеваешь их с маниакальным упорством. Однако, что ты такого хотел сказать, раз не смог справиться без старины Козловского? Надеюсь, завтрашнее твое выступление не под угрозой срыва?