Книга Миссия в Сараево, страница 117 – Алим Тыналин

Луна почти полная, висела высоко. Между деревьями пробивался серебристый свет, рисовал полосы на земле. Видно хорошо, и это плохо. Меня тоже видно, если кто посмотрит.

Остановился за толстым стволом сосны. Огляделся. Впереди лес редел, сквозь стволы виднелась поляна. Значит, близко.

Присел на корточки. Подождал минуту, прислушался снова. Нет ли шагов, голосов, лая собак. Тишина. Только ветер в ветвях.

Двинулся дальше. Теперь от дерева к дереву, короткими перебежками. Добегу до ствола, замру, жду. Слушаю. Снова бегу.

Навыки Халима вернулись сами, тело помнило. Восемьсот лет назад так же подкрадывался к крепостям крестоносцев. Тогда кольчуга звенела, приходилось обматывать тканью. Сейчас проще, только темная одежда, никакого металла.

Лес кончился. Впереди поляна, метров триста в поперечнике. Я остановился у последнего дерева, присел в тени куста. Смотрел.

Лагерь.

Шесть построек, темные силуэты на фоне ночного неба. Деревянные бараки, низкие, приземистые. Расположены буквой П три с одной стороны, два с другой, один в глубине. По схеме Артамонова тот, что в глубине штабной. Там Танкович.

Справа, у края поляны, еще одна постройка. Меньше остальных, отдельно. Склад боеприпасов. Моя цель.

Кострище в центре. Угли тлеют красным, дым поднимается тонкой струйкой. Значит, недавно гасили. Час назад, может два.

Людей не видно. Все спят. В одном бараке, штабном, горит тусклый свет в окне. Лампа керосиновая. Кто-то не спит. Танкович?

Смотрел долго, неподвижно. Считал постройки, запоминал расположение. Искал охрану.

Там. У дальнего края поляны, под деревом. Силуэт человека, прислонился к стволу. Сторож. Неподвижный, может дремлет.

Еще один. У входа в лагерь, там, где дорога. Сидит на пне, голова склонилась. Точно спит.

Двое. Плохая охрана. В Аламуте за такое могли убить, не врага, а нерадивого часового.

Других не видно. Значит, только двое на всю ночь. Или патруль ходит по периметру, тогда надо ждать, рассчитать маршрут.

Я ждал. Десять минут. Двадцать. Полчаса.

Никого. Патруля нет. Только двое сторожей, оба дремлют.

Посмотрел на луну. Часа три ночи, не больше. По схеме склад справа, метрах в пятидесяти от ближайшего барака. До него добраться можно, обойдя поляну по краю леса.

Но сначала надо убедиться, что никого больше нет. Нет собак, нет скрытых часовых.

Подождал еще. Смотрел на лагерь, вслушивался. Ветер донес запах дыма, смолы, еще что-то, лошадиный навоз. Значит, где-то держат лошадей. Загон за бараками, наверное.

Из штабного барака вышел человек. Высокий, широкоплечий. Остановился у двери, закурил. Лицо осветилось на мгновение, от зажженной спички. Зажмурился от дыма.

Танкович. Я узнал его по фигуре, по выправке. Офицер.

Он постоял, покурил. Смотрел на лагерь. Спящих сторожей не видел со своего места.

Бросил окурок, растоптал ногой. Вернулся в барак, закрыл дверь. Свет в окне погас.

Все. Ложится спать.

Я ждал еще десять минут. Убедился, что больше никто не выходит.

Время действовать.

Пополз. Не шел, а полз, так меньше заметно. На локтях и коленях, прижимаясь к земле. Обходил поляну по краю, держась в тени деревьев.

До склада примерно сотня шагов. Полз медленно. Останавливался каждые несколько аршинов, слушал. Ветка хрустнула под локтем, замер, ждал. Сторож у дерева не шевельнулся.