Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 48 – Алим Тыналин

— Разумеется, мистер Грэхем. Сэр Генри ожидает вас в кабинете на пятом этаже. Лифт справа от главной лестницы.

Лифт оказался произведением инженерного искусства. Кабина из полированной латуни с зеркальными панелями, управляемая оператором в белых перчатках. Механизм работал бесшумно, поднимая нас через этажи, где за стеклянными перегородками виднелись ряды клерков за дубовыми столами, склонившихся над толстыми гроссбухами.

Пятый этаж встретил меня атмосферой высшего банковского шика. Широкий коридор с паркетным полом, выложенным елочкой, стены, обшитые панелями из черного ореха, портреты канадских премьер-министров и королевских особ в золоченых рамах. Тишина здесь была почти осязаемой, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов в углу.

Секретарь сэра Генри, элегантная дама средних лет в строгом темно-синем костюме, встретила меня с улыбкой, которая сочетала профессиональную вежливость с едва заметной канадской теплотой:

— Мистер Грэхем, сэр Генри освободился на несколько минут раньше. Прошу следовать за мной.

Кабинет президента Royal Bank of Canada превосходил все мои ожидания. Огромное помещение площадью оформлено как библиотека английского аристократа. Книжные шкафы из красного дерева до потолка, заполненные томами по экономике, истории и праву, персидские ковры на паркетном полу, камин из черного мрамора с резным гербом банка над каминной полкой.

За массивным письменным столом XVIII века, инкрустированным слоновой костью, сидел сэр Генри Торнтон. Мужчина около шестидесяти лет с седыми висками и внимательными голубыми глазами.

На нем был безупречно пошитый темно-серый костюм, золотая цепочка карманных часов пересекала жилет, а на лацкане красовалась миниатюрная орденская розетка, знак рыцарского звания.

— Мистер Грэхем, — сэр Генри встал навстречу, протянул руку, его рукопожатие было крепким и уверенным, — рад нашей встрече. Прошу садиться. Чай или кофе?

— Кофе, если можно, — ответил я, устраиваясь в кожаном кресле напротив стола.

Сэр Генри попросил секретаршу принести два кофе и еще папку «Greystone Financial».

Последние слова заставили мое сердце забиться чаще. Значит, подготовка к этой встрече велась заранее, мои канадские связи действительно работали.

— Мистер Грэхем, — сэр Генри откинулся в кресле, сплетя пальцы, — должен признаться, что ваше письмо заинтриговало меня. Не часто американские финансисты предлагают столь необычные формы сотрудничества.

Секретарь принесла серебряный поднос с фарфоровым кофейным сервизом и толстую папку, перевязанную красной лентой. Сэр Генри дождался, пока она выйдет, затем развязал ленту и открыл папку.

— Greystone Financial Corporation, — прочитал он с легким канадским акцентом, — зарегистрирована в Онтарио в августе 1929 года. Уставный капитал пять миллионов канадских долларов. Основные акционеры… — он поднял бровь, — весьма загадочная структура собственности.

— Сэр Генри, — начал я, отпивая ароматный кофе из тонкой фарфоровой чашки, — в современном финансовом мире конфиденциальность становится не роскошью, а необходимостью. Особенно для тех, кто работает на американском рынке.

— Понимаю, — кивнул он. — События последних месяцев на Уолл-стрит действительно заставляют задуматься о диверсификации рисков. Но пять миллионов канадских долларов — серьезная сумма для… как бы это деликатно выразиться… резервного плана?