Книга Оракул с Уолл-стрит 5, страница 23 – Алим Тыналин

На сцене установили длинный стол, покрытый темно-зеленым сукном, с пятью креслами за ним. Перед столом трибуна с микрофонами новейших конструкций. Вдоль стен огромные карты нефтяных месторождений США с выделенными красным цветом участками.

В первом ряду сидел Дэвид Роквуд, беседующий с представителем Morgan Bank. Рядом руководители объединяющихся компаний. Дэвид выглядел безупречно в своем темно-синем костюме, сохраняя непроницаемое выражение лица опытного игрока.

Ровно в десять ноль-ноль на сцену поднялся Джеймс Фостер, президент Texas Petroleum.

— Доброе утро, дамы и господа, — его глубокий голос разнесся по залу через усилители. — Благодарю всех за то, что нашли время присоединиться к нам в этот исторический день.

Щелкали фотоаппараты, стрекотали кинокамеры. Журналисты приготовили карандаши.

— Сегодня мы рады объявить о создании новой силы на нефтяном рынке Америки. Texas Petroleum, Oklahoma Oil и Gulf Extraction объединяются в единую компанию, United Petroleum Corporation с общей капитализацией свыше трехсот миллионов долларов!

По залу пронесся взволнованный шепот. Фотовспышки замелькали чаще.

Фостер продолжил, зачитывая детали слияния, условия обмена акций, прогнозы по прибыли. Я слушал внимательно, отмечая, как каждая новая деталь вызывала волнение среди журналистов и аналитиков.

После официальной части началась сессия вопросов и ответов. Один из репортеров поднял руку:

— Мистер Фостер, как это слияние повлияет на конкуренцию в нефтяной отрасли?

— Мы создаем эффективную компанию с интегрированной структурой, — ответил Фостер. — Это позволит снизить издержки и в конечном итоге принесет выгоду потребителям.

Я заметил, как Дэвид Роквуд едва заметно кивнул, одобряя ответ.

Другой журналист, представитель «Уолл-стрит Джорнал», задал вопрос, от которого у меня по спине пробежал холодок:

— Господин Фостер, ходят слухи, что за объединением стоят интересы семьи Роквуд. Это правда?

Фостер на мгновение замешкался, но быстро нашелся:

— United Petroleum создается как независимая корпорация. Среди наших акционеров действительно представлены многие уважаемые семьи и финансовые институты Америки, но никто не имеет контрольного пакета.

Технически он не солгал, ни Роквуды, ни я не владели контрольным пакетом в одиночку. Вместе — да, но это было скрыто за сетью подставных компаний.

Я незаметно выскользнул из-за кулис и направился к телефонной будке в лобби отеля. Нужно проверить, как идет операция по фиксации прибыли.

Попросив телефонистку соединить меня с офисом Прескотта, я назвался курьером с важным сообщением. Через несколько секунд на линии появился сам Прескотт.

— Говори, — скомандовал он, узнав мой голос.

— Как котировки?

— Невероятно! Texas достигла сто пятнадцати, Oklahoma — семидесяти восьми, Gulf — девяносто четырех. Рынок словно сошел с ума! Уже выполнили второй транш. Приступаем к третьему?

— Да, и увеличь его до двадцати процентов, — ответил я. — При таких ценах нужно фиксировать больше прибыли.

— Понял тебя. Роквуды сообщили, что действуют по тому же плану. К закрытию сегодня мы должны вывести около сорока процентов общей позиции.

В этот момент рядом с телефонной будкой прошли двое журналистов, оживленно обсуждая пресс-конференцию. Я понизил голос: