Книга Оракул с Уолл-стрит 3, страница 142 – Алим Тыналин

Швейцар в ливрее распахнул передо мной массивную дубовую дверь клуба. Внутри царила атмосфера спокойного достоинства, которая бывает только в заведениях, где «старые деньги» встречаются вдали от любопытных глаз.

— Мистер Стерлинг, — встретил меня метрдотель. — Мистер Вандербильт ожидает вас в Зеленой комнате.

Я следовал за ним по коридору, украшенному картинами американских художников XIX века и скульптурами из темной бронзы. Звук наших шагов приглушался толстым ворсом восточных ковров.

Зеленая комната оказалась просторным помещением с высоким потолком, панелями из темного дерева и изумрудно-зелеными портьерами. В центре стоял круглый стол, накрытый белоснежной скатертью.

Вандербильт уже ждал меня. Он нисколько не изменился после нашей встречи в Саутгемптоне.

Высокий седеющий мужчина в безупречном сером костюме с едва заметной полоской. Его лицо с тонкими аристократическими чертами и проницательным взглядом голубых глаз выражало спокойную уверенность человека, чье положение в обществе неоспоримо.

— А, Стерлинг, — он поднялся, протягивая руку. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Благодарю, мистер Вандербильт, — я пожал его тонкую, но крепкую руку.

Мы сели за стол, и тут же появился официант, чтобы принять наш заказ. Вандербильт даже не взглянул на меню.

— Обычный завтрак, Генри, — бросил он коротко. — А для моего гостя…

— Омлет и кофе, пожалуйста, — добавил я. — Черный.

Когда официант удалился, Вандербильт внимательно посмотрел на меня.

— Я видел сегодняшние газеты, — начал он без предисловий. — «New York World» опубликовала довольно обстоятельный материал о вашем бывшем работодателе.

— Да, кажется, мистер Харрисон нашел достойный ответ на вчерашнюю публикацию, — осторожно ответил я.

Вандербильт коротко усмехнулся.

— Не скромничайте, Стерлинг. На Уолл-стрит только и разговоров, что о вашей ответной атаке. Впечатляющая скорость реакции. — Он отпил воды из хрустального стакана. — Большинство молодых фирм не пережили бы такой удар в первые дни существования.

Я сдержанно улыбнулся, принимая комплимент.

— Репутация ключевой актив в нашем бизнесе, мистер Вандербильт. Я не мог позволить необоснованным обвинениям остаться без ответа.

— И поэтому решили ответить, раскрыв неблаговидные практики самого Харрисона, — он одобрительно кивнул. — Смелый ход. И эффективный.

Официант принес кофе, и я воспользовался паузой, чтобы оценить настрой Вандербильта. Он казался скорее заинтригованным, чем обеспокоенным, что было хорошим знаком.

— Мистер Вандербильт, — решил я перейти к делу, — я понимаю, что публичная конфронтация с Харрисоном могла вызвать у вас сомнения относительно нашего сотрудничества.

Он поднял бровь.

— Почему вы так думаете?

— Скандалы редко привлекают солидных инвесторов, — ответил я прямо.

Вандербильт внезапно рассмеялся — коротко и сухо.

— Стерлинг, вы многого не знаете о настоящих битвах на Уолл-стрит. Мой дед, Коммодор, мог бы рассказать вам истории, от которых ваша нынешняя перепалка с Харрисоном показалась бы невинной шалостью школьников.

Официант принес завтрак, яйца Бенедикт для Вандербильта и омлет для меня. Мы приступили к еде, и некоторое время говорили о нейтральных темах: последней опере в Метрополитен, погоде, улучшениях в системе железных дорог.