Книга Верни долг, дракон!, страница 40 – Елена Амеличева

— Что, стоило дождаться вечера?

— Стоило оставить любопытство при себе.

Даже если учесть, что она права, это уже перебор!

— И прежде чем требовать отчета с других, лучше на себя посмотрите, - не угомонилась Тэя.

— Это еще что значит?

— То и значит! - рявкнула она, развернувшись ко мне лицом. - Прежде, чем подбивать клинья к девушке, сначала нужно рассказать ей правду о себе!

— Какую же правду я вам не рассказал? - да, у меня хватило наглости и на этот вопрос.

— Например, о том, что у вас есть невеста!

— А много вы знаете мужчин, которые перед тем, как начать ухаживать за понравившейся особой, предупреждают ее о том, что у них есть невеста? - я улыбнулся.

— Вы. вы. - она так метала глазами молнии, что могла испепелить меня на месте. Но даже с места не сдвинусь, чтобы не пропустить ни секунды!

— Анна, кстати, уехала. - Мой язык сегодня жил своей жизнью.

— И что это меняет?

Сам не знаю. Но в том, что она придумает, как отомстить, уверен.

— Тэя, привет! - раздался сбоку мужской голос.

Как некстати!

Молнии в глазах девушки погасли. Она медленно посмотрела на рыжеволосого молодого мужчину, который подошел к нам.

— Это еще кто? - осведомился я.

— Это... - Тэя покраснела, стиснула кулаки, но договорила, - это мой жених Лерой.

Мои брови уползли на лоб. Потом осознал всю комичность ситуации. И это Тэя только что костерила меня за то, что не сообщил об имеющейся невесте? Ну-ну. Сдержать хохот я не смог.

ТЭЯ

Вот ведь!..

Как назло, стоило попрекнуть Севаста тем, что он не удосужился рассказать мне об Анне - хоть подумала бы сначала, на каком основании такое требовать, как появился Лерой, мой жених.

Я посмотрела исподлобья на хохочущего в голос Дарьяра и перевела взгляд на жениха. Нарисовался, не сотрешь, как говорил наш с Игги папа. Когда же видела Лероя в последний раз? Когда он попрощался со мной под нашим дубом в поле, чмокнул в щеку и ушел ловить удачу - по его же собственным словам?

Нет, он несколько лет назад спустя приходил навестить мать, которая жила в деревне неподалеку от поместья. Заглянул и ко мне, конечно же. Помню, как нам неловко было, ведь оба выросли.

В детстве я искренне считала, что люблю его и обещала выйти замуж - но тогда мне было четырнадцать. В семнадцать же это казалось милым детским чудачеством, не более. Лерой тогда пробыл всего пару дней и уехал. Больше я о нем и не вспоминала, решив, что все в прошлом.

Сейчас-то ему что нужно от меня? Я помимо воли отметила, что он уже вовсе не тот прыткий мальчишка, с которым мы ловили лягушек в пруду и таскали с кухни удивительно вкусный пирог Матильды. Вытянулся, приобрел мужскую стать - широкие плечи, узкий таз, длинные ноги.

Может, еще и рыжая короткая борода, которую он зачем-то отрастил, добавляет лет пять к реальному возрасту. И скрадывает веснушки, которые мне очень нравились - когда парень морщил нос, казалось, они прыгают по его лицу. Но глаза те же - темно-синие, как васильки на лугу.

— Пойдем, - я взяла Лероя под руку и потянула в сад.

Севаст перестал, наконец-то, хохотать, как бешеная гиена, и ушел в дом. Но рано радовалась, как оказалось - вскоре снова почувствовала его взгляд и обернулась. Нахал стоял на балконе. Вот так, под его прожигающим насквозь присмотром мы с Лероем и пошли по саду.