Книга Полтора дракона для травницы, или Таверна «С любовью», страница 2 – Елена Амеличева

Я жаловалась, просила, умоляла и даже угрожала – но все как мертвому припарка! Братья продолжали приглашать гостей. Вот прямо с упорством ребенка, который подбирает в подворотнях котят и щенят – в надежде, что хоть кого-то ему разрешат оставить. Иногда казалось, что они уже просто на улице холостяков отлавливают и за шкирку тащат в наш дом! И это было неспроста.

Тяжело вздохнув, я выдала себя.

— Алина, подойди, - велел Руфус. – Познакомься, это Роберт Макинтош, - указал на подскочившего русоволосого. – Его отец…

Последовала подробная характеристика состоятельности претендента и его отличной родословной. Длиннее только у охотничьих собак с элитной псарни лорда Катарни. Но я все же пропустила ее мимо ушей. Замуж в мои планы не входил. Мне хотелось совсем другого. «Хватай фату, бежим жениться!» - не мой случай.

— Р-рад познакомиться, лед-д-ди М-мардж-жер-рит-С-сэйнт-т-т! – дробно выдохнул гость, будто шарики рассыпав по полу.

— Он немного заикается, когда волнуется, - пояснил Ральф, отложив ноты и подойдя к нам. – Но Бобби отличный парень, можешь мне поверить. По нему сохнут все девушки! – взгляд младшего брата устремился к старшему - в поисках подтверждения, что все сказал правильно, как и велено.

— Рада знакомству, - улыбнулась кавалеру, и его белое лицо пошло пурпурными пятнами. – Руф, с ним все в порядке? – забеспокоилась я. – Может…

Договорить не успела – жених протяжно выдохнул с тонким полустоном, как лягушка, которую переехала карета, и начал мягонько оседать к моим ногам. Сложился уголками, как рулетка, и замер бездыханно, приняв горизонтальное положение.

— Ну, еще претенденты есть? – осведомилась я, убедившись, что Бобби все же дышит. – Или все, жертвы закончились?

— Алина, не язви! – раздраженно отозвался Руфус, сильнее обычного хмурясь.

— Вот именно, не язви! – поддакнул наш Подпевала. – Ишь, моду взяла!

— Хочешь ты того или нет, сестра, - тяжелый взор старшего лег на мое лицо, - но тебе придется выйти замуж. Мы долго терпели, - в глазах зажегся недобрый огонек, и все внутри меня екнуло от плохого предчувствия – будто иглой укололи в сердце. – Но наше терпение не безгранично.

— Вот именно, не безгранично, - Ральф не упустил случая воспользоваться паузой. – Сколько можно терпеть твои выкрутасы?

— Или ты сама выберешь будущего мужа, - прозвучало громом среди ясного неба, - или станешь женой того, кого выберем мы, поняла? – Генерал сурово нахмурился. - Даем тебе на все про все один день! Разговор окончен!

Дождь колотил по карнизу, будто гамму на фортепьяно разучивал. И заодно отвлекал меня, нервно меряющую комнату шагами. Ультиматум, который предъявили братья, по-настоящему напугал. Я знала Руфуса, его слово было прочнее валунов, которыми выложена набережная в нашем городе. А мои протесты, истерики, упреки стали бы всего лишь злыми волнами, что разбиваются о камни, не в силах сдвинуть их с места.

Потому не стала спорить, просто ушла в свою опочивальню. На лестнице встретила Розетту и попросила ее отправить сынишку, рыжеволосого сорванца Тома, за моей троюродной тетушкой по маминой линии, Джанет. Пришла пора претворить в жизнь план, оставляемый напоследок. На самый крайний случай.

Тот самый, что как раз настал.