Книга Очешуеть! Я - жена дракона?!, страница 100 – Елена Амеличева

Простив ее, мне удалось снять с души огромный груз, который все время таскала с собой. Лучше буду грустить по ней, чем ненавидеть и проклинать. Надеюсь, у нее все хорошо и, может быть, мы еще свидимся, когда-нибудь.

Ральф, конечно же, мне отомстил. Но когда тот злополучный день начинался, я и помыслить не могла о том, что случится. Ведь все было так хорошо!

Проснувшись, увидела спящего на диване мужа. Вопреки всем его надеждам и сопротивлению изгнанный с супружеского ложа – потому что с ним рядом нипочем не уснешь, он долго обижался и обещал потихоньку прокрасться на свое законное место, когда злая супружница уснет.

Но зло, как говорится, не дремлет – выставив одно ухо наружу из-под одеяла, я чутко дремала, в ожидании поползновений моего чешуйчатого, охваченного зовом инстинктов. В итоге вместо эротических маневров с дивана послышался богатырский храп.

Похихикав, уснула и я, малость обиженная тем, что ожидаемых соблазнений не будет. Уже привыкла к ним. Спит он, видите ли! Подлая ящерица! А кто жену уговаривать будет? Безобразие и беспредел! Или это его новая тактика? Коварная стратегия, должна признать. Уже самой хочется наведаться под прикрытием темноты «на территорию врага» и вызнать, что же там такое происходит.

Пока продумывала детали, не заметила, как и сама уснула. Проснулась только ранним утром. Посмотрела на спящего дракона. С каждым днем он все ближе и ближе ко мне, во всех смыслах. Заползает в душу, сердце, разум. Я люблю его, но… Мне словно не хватает чего-то, чтобы решиться «открыть ему дверь моей спальни».

Чего конкретно, не понимаю, но это гложет изнутри с завидным упорством – как собака бедняка терзает кость, пока та не хрустнет, обнажив ранимую сердцевину. Чтобы избавиться от этих мыслей, встала, накинула шелковый халат персикового цвета – нежнее нежности, подошла к окну и услышала детский смех.

Итан играл с мамой в догонялки, бегая по лужайке. Какие же они милые! Ничуть не жалею, что настояла на том, чтобы мой дракон вмешался, прекратив вчерашнюю безобразную сцену, и дал сыну побыть с матерью.

— Хотите такого же сына, Северина? – раздалось за спиной, и талию обвили сильные мужские руки.

Горячие губы поцеловали шею, заставив задуматься о том, что процесс изготовления дракончиков, должно быть, и в самом деле, так приятен, что не стоит отказываться от предложения мужа.

— Я вас люблю, - выдохнул мне в ухо чешуйчатый искуситель. – И безумно хочу, чтобы вы подарили мне сына.

— А я хочу дочку! – прошептала, как есть, не в состоянии думать.

— Как скажете! – Рэйнар развернул меня лицом к себе и завладел губами.

Мои руки взлетели на его шею, тело прильнуло к обжигающему дракону. Я застонала, охваченная таким желанием, о котором раньше и не ведала. Он пил мои поцелуи, сцеловывая стоны и рычал – уже едва сдерживаясь. Я это чувствовала и осознанно разжигала его пыл все сильнее, потому что не хотела больше ждать.

Рэйнар подхватил меня на руки и уложил на кровать. Навис надо мной, вгляделся в лицо, словно ожидая чего. Я почувствовала, чего именно, и прошептала, погладив его по щеке:

— Я люблю тебя.

Кипящие огнем глаза Рэйнара полыхнули, внутри протаяла вертикальная игла зрачка. По коже снова, как в тот раз, разошлись волны проявляющейся драконьей чешуи – от почти белой до темно-серебристой, как рыба на глубине. Супруг зарычал торжествующе, застонал сквозь этот рык и снова набросился на мои губы.