Онлайн книга «Счастье»
|
Напоминать родительнице, что живу на первом этаже и доставить неприятности смогу разве что бомжам в подвале, не стала. Иначе в ход пошел бы другой козырь — о тикающих биологических часиках хрупкого женского организма. Нет, не тикающих, а бухающих, как кремлевские куранты! Бессердечная дочь, у нее мать вот-вот отравится в мир иной, а она не хочет родить ребенка, чтобы порадовать матушку напоследок внуком! — Что ты мне угукаешь? — донеслось из трубки раздраженное. — Я уже пять минут молчу! Упс. — Бессовестная дочь! Я тебя двадцать часов в муках рожала, а ты!.. Даже поговорить и то не дождешься от тебя! — Прости. Я кивнула. И чуть было не призналась, что лежу и обдумываю, как избавиться от мальчика по вызову, который скоро явится ко мне в гости. А то и двое придут. Я же Лику знаю, она обожает распродажи и обязательно выморщит какое-нибудь уникальное предложение для новой клиентки, пообещав, что та станет постоянной заказчицей. Нет, нельзя, ни в коем случае! Если мама такое услышит, кроме ФСБ и ЦРУ в мою маленькую квартиру вломятся еще и Бэтмен, местный участковый Вася с оттопыренными ушками слонянтуса, а также сама маман с двустволкой. Боюсь, после такой встречи бедный проститут навсегда потеряет профессиональную боеспособность. Придется ему компенсацию всю жизнь выплачивать. Представила, как он является ко мне каждый месяц и демонстрирует, что, э-э, силы так и не вернулись, а я сую ему деньги… Нет уж! — Все, мама, пока, у меня пирог в духовке, пока-пока! Отключила смартфон и ушла на кухню. Пирог, и в самом деле, надо в духовку. А то ужинать будет нечем. Кстати, гениальная мысль! Пока он готовится, можно отправиться на прогулку, за аппетитом! Как раз и воздухом подышу, и продуктов куплю, в холодильнике пусто, как в вино-водочном магазине первого января, и время убью, чтобы проститут явился, потоптался у запертой двери и отправился домой стринги со стразами стирать. Решено! Начинаем борьбу за высокоморальный облик женщины двадцать первого века! 4. Борьба за нравственность ознаменовалась стертыми в кровь ногами, дефолтом с пустой кредиткой — справедливости ради, на ней не так уж много оставалось, и звериной усталостью, той самой, когда хочется забраться в нору и лечь в спячку до лучших времен. К своей квартире пробиралась как бывалый партизан, тихо и на цыпочках, прижимая к груди автомат. Шутка. В моем случае я смогла бы только закидать врагов помидорами и яблоками. У дверей, к счастью, не толпились мальчики по вызову. Облегченно выдохнула, открыла дверь и ввалилась в свою берлогу, благоухающую почти готовым пирогом. Стон неземного блаженства вырвался из недр измученной души. Лика, зараза, я ведь теперь год буду вздрагивать от каждого звонка в дверь! — А вот и хозяйка, — донесся из коридора мужской голос. Мужской?!! Мама родная, неужели мне на роду написано умереть молодой и красивой от рук грабителя? Мое тело найдет Лика и скажет, что я сама виновата, надо было не по магазинам шляться, а сидеть дома и вкушать радости плотской любви, которая уже оплачена заботливой подругой. — Меня нельзя убивать! — предупредила я, выхватив из пакета длинный огурец. — У меня мама, понятно? — Понятно, — маньяк усмехнулся, глядя на меня ясными голубыми глазами — прямо летнее небо в июле. |