Книга Ангел Жизни, страница 202 – Елена Амеличева

— Помнишь, пропал твой кулон? – Баал подошел ко мне. – Он на ее прелестной… твоей прелестной шейке! Драган видит тебя. Целовать будет тебя. – Голос заползал в уши мерзкой змеей, обхватывал душу склизкими кольцами и медленно сжимал, с удовольствием душа. – Любить будет тебя. А на самом деле – ее!

— Мерзавец! – выдохнула мисс Хайд, резко оборачиваясь. – Размечтался! – мои ноги начали резко пересчитывать ступеньки вниз. Но едва наступив на последнюю, я с размаху налетела на невидимую стену. Эй, что за?.. Какого?! Я забарабанила по ней руками и ногами, обжигаясь, будто это было раскаленное железо.

Но боль от ожогов не шла ни в какое сравнение с той, что окунула в огонь мое сердце, когда я увидела, как Драган обнимает ту, что выглядела, как я. Душу затопил ужас. По лицу потекли не менее жгучие, чем стена, слезы.

— Это твой личный ад! – демон за моей спиной захохотал, как бешеная гиена. – Ловушка будет медленно сдвигаться, пока не сожмет тебя в комок. Она будут кусать твою душу вечно! Я оставлю тебя мучиться здесь до конца времен! А чтобы нескучно было, смотри, как твой санклит счастлив с другой!

— Ублюдок! – я развернулась и оттолкнула его. – Доволен? Счастлив? Но кольца тебе не видать! Никогда! Ни за что! До конца времен!!! – руки достали из-за пазухи крестик Георгия.

Шипя, как вода на раскаленной сковородке, Баал отшатнулся. Я отвернулась от него, глядя, как Драган целует незнакомку. Мне оставалось лишь глотать слезы. Его губы коснулись ее рта, руки сжались в стальное кольцо. Как же больно!!! А потом он резко отстранился, сорвал с ее шеи кулон и оттолкнул мерзавку, что внезапно перестала быть мной.

Я рванулась к нему, и обжигающая, как кислота, стена прогнулась наподобие желе. Разрывая ее, как мягкий силикон, мне удалось буквально вывалиться из ловушки, как из пузыря. Горан потрясенно смотрел, как я выпадаю из воздуха, матерясь, как сапожник, и едва успел подхватить меня на руки.

— З-за-ра-з-з-а! – прошипела мисс Хайд, соскребая с рук прозрачную субстанцию, что напоследок мстительно жгла кожу, как медуза, заставляя ее покрываться огромными волдырями. – Чтоб тебя, Баал!

Драган начал помогать мне, тоже шипя от боли. Когда остатки прозрачной тюрьмы с противным чмоканьем упали на пол, я оттолкнула его, дрожа от ярости, ревности и злости, зарычала и вкатила пощечину от всей души.

— Ты целовал ее! Как ты мог?!

— Родная, я же догадался! – потирая щеку, возмутился хорват.

— Долго догадывался! Хорошо, что это был кулон! А если бы она трусы мои напялила, тебе бы трахнуть ее пришлось, чтобы понять, что это не я?!

— Любимая!

— Ты целовал ее!

— Логичная моя, прости!

— Пошел ты!.. – я увидела, как в мой мир выныривает Баал и наступает на демоницу, искушавшую Горана.

На вид совсем еще девочка. Хрупкая, худенькая, как травинка, вся в черном – на теле что-то наподобие трико, длинные темно-коричневые волосы – никогда такого цвета не видела – падают на плечи, не прикрывая острые углы ключиц. Лицо бледное, словно мукой вымазано. Дрожа от ужаса, бедняжка попятилась, упала и сжалась в комок, захлебнувшись плачем.

— Оставь девочку в покое! – мисс Хайд перенаправила злость на бушующего рядом Баала. – Я тебя сейчас под хохлому распишу!

Не обращая на меня внимания, он схватил демоницу за локоть и поволок к лестнице, где еще змеилась серебряным светом рваная щель, через которую он вылез.