Книга Преисподняя, страница 92 – Елена Амеличева

Должно быть, подобное происходило с каждым, кто в первый раз видел его – ошеломляющих размеров черный череп Императора Владык суши. Зачарованно глядя на него, не хотелось даже искать ответ на вопрос, откуда мне это известно. Дыхание замерло на вдохе. Полыхающие внутри черепа факелы наполняли его глазницы отсветами огня, что бесновались внутри словно неукротимая ярость поверженного властелина этого мира. Словно живой, он смотрел прямо в мою душу. Проигравший, но не побежденный.

По хищным очертаниям костей можно было представить, какое впечатление производил этот гигант при жизни. Но после смерти его сделали Троном Люцифера. Черная лестница, пролегая между сомкнутых белых клыков владыки погибшей эпохи, вела на самый верх его черепа, где между изогнутыми рогами восседал Хозяин преисподней, попирая ногами своего поверженного могущественного врага.

Я понимала, что все это давным–давно лишь слабый отклик тех событий во времени, но в сердце словно запылала старая рана, которую беспощадно растеребили воспоминания. Горячее стальное кольцо заставило меня вздрогнуть и отвести глаза. Только сейчас поняла, что по лицу бегут слезы. Почему–то все в аду заставляет госпожу Ангела рыдать. Надо вытереть щеки и отвлечься. А вот и повод.

Я прислушалась. Огромный зал медленно наполнялся ритмичным стуком барабанов, который коварно подбирался исподволь, со всех сторон, окружая и заманивая в свои сети. Отличная акустика позволяла ему заползать прямо в уши, заставляя сердце пульсировать в том же темпе, проникать под кожу и разливаться там обжигающими волнами.

На пространство перед черепом–Троном выскользнули из игры сумрака и золотого света пятеро босоногих девушек с длинными распущенными волосами. Невесомые одеяния из двух тончайших полотнищ белого цвета держались на них только благодаря яркой зеленой пряжке на плече и тонкому ремешку из колокольчиков, что перехватывал узкие талии.

Роскошные красавцы–демоны, одетые лишь в полупрозрачные шаровары, окружили их широким полукругом, отбивая ритм на небольших барабанах, прикрепленных к поясу, и покачиваясь им в такт. Их своеобразное хрипловатое мурлыканье донельзя удачно вплелось в адскую музыку. Пока я к неудовольствию Драгана, что уже хмурился, разглядывала «барабанщиков», в центре появилась довольно объемная чаша, в которой оранжевым клубком свернулся спящий огонь.

Но когда девушки преклонили перед ним колени, он проснулся. Зашипев, пламя вспыхнуло, осветив их лица с закрытыми глазами, и руки, протянутые к чаше. Подрагивая всем телом в такт ритму, что задавали демоны, танцовщицы походили на жриц, впавших в транс во время отправления языческого ритуала. Приподнимаясь и слегка покачиваясь, они вплели в эту вакханалию нежный перезвон весенней капели своих колокольчиков на талии.

Улыбаясь, одна из них, миниатюрная, рыжеволосая, вскочила на ноги. Пламя в чаше потянулось к ней. Она рассмеялась и начала танцевать. Каждый миллиметр ее тела двигался в такт ускоряющемуся ритму барабанного боя. Огонь скользнул за бортик чаши и оплел ее пальчики, поманившие его за собой. Разгораясь все сильнее, он перетек на ее плечи, талию и ноги, не причиняя вреда.

Девушка не танцевала, она дышала пламенем, стала им, слилась с этой первозданной стихией, без остатка отдалась ему как любовнику, готовая вспыхнуть и сгореть, за мгновение обратившись в пепел. И потому он бережно обнял ее, поглаживая и покрывая поцелуями кожу, вплелся в ее волосы огненными лентами и заставил колокольчики на талии выпевать восхитительную мелодию.