Книга Преисподняя, страница 202 – Елена Амеличева

— Ты не так учил! – она тряхнула головой, гневно полыхнув глазами. – Бороться, не сдаваться, помнишь?

— Ты умница. – Он нежно улыбнулся. – Но сейчас нужно смириться. А замуж выходи за того, кого любишь. Благословляю.

— Но как же… – оторопела Тати. – Ты говорил о преемственности власти, что он будет хорошим правителем? – ее губы задрожали, но она договорила, – когда тебя не станет.

— Соправителем. – Уточнил Гефест и договорил главное, – при тебе, дочь.

— Папа?..

— Мой народ оставляю тебе! – приподнявшись, громко проговорил мужчина. – Вы все свидетели! – он упал на подушки и облегченно выдохнул.

— Папа!

— Важнее тебя ничего нет, – тихо прошептал отец и сжал своими огромными ладонями ее маленькую ручку.

— Ты уверен, муж мой? – Мфала оттеснила дочь и села на постель.

— Уверен.

— Удостоверяю его слова! – подойдя к кровати, тоже громко заявила я. – Также подтверждаю, что оглашенное право наследования заявлено им в здравом уме!

— Спасибо за оказанную честь, Ангел. – Мфала склонила голову, но то, что промелькнуло в ее взгляде, подтвердило мои догадки.

— Ты знаешь? – прошептал Гефест. Жена вопросительно изогнула бровь, переводя взгляды с его лица на мое. В черных глазах промелькнуло беспокойство. Я кивнула. Он закрыл глаза. С губ сорвался последний вздох. Мужчина ушел, унося на сердце тяжелую ношу – понимание того, что его предала жена.

— Оставьте нас. – Мфала повела рукой, служанок и придворных моментально сдуло. Спальня опустела. Остались только мы с Гораном и Тати. – Спасибо, что пришли попрощаться, госпожа Ангел. – Вдова многозначительно посмотрела на меня.

— Я понимаю намеки, не сомневайтесь, – мисс Хайд усмехнулась. – Но вы больше не отдаете здесь приказы. Вернее, не вы их теперь отдаете.

— Что вы себе позволяете?! – прошипела женщина, вскочив. Черные глаза метали не просто громы и молнии, а острейшие ножи. – Покиньте нас немедленно!

— Вы куда–то торопитесь? – я скрестила руки на груди. – Любовник вас больше не ждет, он мертв, лишь пепел остался, да и тот уже с грязью смешали.

Мфала молча стиснула зубы. Надо все–таки отдать ей должное – ни один мускул не дрогнул! Непрошибаемая баба, как говорит Сеня. А вот Тати, наоборот, вся в отца – каждая эмоция на лице прописана. Мне по душе ее искренность, но королевам такое не дозволено, к сожалению. Даже вождям Изгоев.

— Мама? – вот и сейчас без труда читается, что девушка чувствует, непонимающе глядя на родительницу. – О чем она?

— Сами расскажете или это сделать мне?

— Не слушай ее, Тати! Она лжет!

— В чем именно лгу? В том, что вы изменяли мужу с Абигором? Или в том, что сговорились с ним предать Изгоев, а после того, как мне ощиплют крылья, убить Люцифера и стать правителями ада? А может, в том, что благодаря вам из кузницы супруга уже давненько отгружалось небольшими партиями – дабы не вызвать подозрений – выкованное им оружие? А еще вы постоянно снабжали любовника информацией – о нашей встрече поведали, о наступлении сообщили, о големах заботливо рассказали. И каждый раз лично, и вовсе не из соображений безопасности, а удовольствия ради, ведь только ему удалось растопить тот лед, что сковал вас ниже пояса! – я перехватила ее руку, занесенную для пощечины и замолчала, переводя дух.