Книга Любовь и прочие проклятья, страница 123 – Ирина Котова, Анастасия Мамонкина, Татьяна Гуркало, и др.

— Так… – задумчиво произнес Шваб, перебрав листочки. – Печати правильные, – подтвердил, проведя над одной из них перстнем. – Витар Кэр-танку? О, это в его честь малого назвали? Неудивительно, что и сила ему досталась, – примета такая.

— Кэр-танку? – переспросил Витар, которому до сих пор не приходило в голову поинтересоваться полным именем прадеда. Он же его ни разу не видел.

— А, был когда-то такой амулетчик. Даже книжку про взаимодействие, отталкивание и резонанс написал. Еще там про музыку металлов было, но тебе рановато таким интересоваться, у тебя ни опыта, ни нужных знаний. Был, потом пропал. Не здесь, на западе. Возле Границы, там прорыв тьмы из-за одного идиота случился. Все думали, что амулетчик погиб, и не искали особо. Если не успел выйти из территории, которую через мгновенье поглотила тьма, ну, вы понимаете, даже если удалось эту тьму загнать в рамки, от человека там может вообще ничего не остаться. Так вот, он степняк был наполовину. Его собственный отец женился на дочке амулетчика, да так и осел. Основы шаманства вроде бы преподавал и взаимодействие магов с этими шаманами. Так что я бы на твоем месте оставил потомкам запись о том, что где-то еще через три поколения может и этот дар в ком-то проявиться. Хотя, конечно, не факт, что он у того степняка был. Может, были только нужные знания.

— А мама? – спросил Витар.

— Кельте из Вацхалы. Слышал про таких?

Витар помотал головой.

— Ну, еще услышишь, думаю. Тоже пока не дорос до их наследия. Артефакты, которые они делали, до сих пор в королевской сокровищнице хранятся. Говорят, там даже есть тот жезл, при помощи которого северного короля убили, окончательно раздробив воинственное северное междугорье на княжества и поселив в этих суровых людях ненависть к магам. Но эта штука была одноразовая. Кельте были достаточно умные для того, чтобы не делать подобных убийственных штук многоразовыми.

— И что с ними случилось?

— Да ничего особенного. Несколько ветвей до сих пор есть, причем в разных концах королевства, и вроде бы даже кто-то в Ирминке. То ли рассорились, то ли просто постепенно разъехались, кто их разберет? С камнями так и работает большинство. Кстати, Лана Яшени тоже урожденная Кельте, замуж просто вышла. Знаешь такую?

Витар кивнул. Немолодая местресса была несгибаемая и очень не любила лодырей. А еще она была лекаркой, а вовсе не амулетчиком.

— Вернешься в школу, поинтересуйся ее братом, – посоветовал Шваб. – Можешь даже эту змейку показать, думаю, она очень удивится и не откажется вас познакомить.

— Зачем? – спросил Витар.

— Затем, что старинные рода магов не просто так с упорством, для которого вроде бы нет причин, работают с определенной стихией или определенными материалами, выращивают практически одних только лекарей или амулетчиков, с малолетства носят ветряные браслеты или защиту от молний. У них в даре есть нечто, что передается и определяет судьбу если не большинства, то многих из этой семьи. И Кэр-танку не просто так решил написать книгу про взаимодействие и музыку металлов. Он просто смог объяснить то, что видел и чувствовал инстинктивно. И в тебе что-то такое тоже может быть. И однажды оно может как помочь, так и помешать. Да, а книгу про музыку металлов тебе читать рано, это тебе сейчас помешает. Но, думаю, у Кельте и свои защиты от молний есть. Пускай ее брат посмотрит, лишним оно не будет.