Книга Королевская кровь. Книга 9, страница 172 – Ирина Котова

Но духи молчали, словно в насмешку мелькая огромными серебристыми тенями то слева, то справа, с невероятной скоростью проносясь мимо — так, что Люка кидало из стороны в сторону.

"Ну остановитесь же, — упрашивал он. — Я дам вам то, что вам нужно"

Еще одна тень мелькнула, теперь сверху. Люк, отчаявшийся, раздосадованный — его просто игнорировали, как орущего ребенка, — понесся следом. Но тень была быстрее, и только истончающийся хвост мелькнул рядом, обидно и насмешливо хлестнул по морде раз, другой — и его светлость, разозлившись и зажмурившись, рванул вперед и на третий раз клацнул пастью-клювом. С удивлением понял, что поймал, — и изо всех сил сжал зубами кончик воздушного хвоста.

Не он один удивился. Впереди раздался недовольный и изумленный рокот — гигантский дух остановился на лету, обернулся, приподнимая хвост с вцепившимся в него Люком на уровень сияющих глаз. Герцог сглотнул, покосился вниз — хорошо, что было темно, но огоньки незахваченных фортов сияли далеко позади едва различимой цепочкой. Змеедух агрессивно зашипел — из пасти его вырвался ураганный ветер, а Люка, еще крепче сжавшего зубы, затрепало, как флаг на флагштоке, — дернул хвостом, и его светлость мотнулся на пару километров в одну сторону, в другую… он бы и рад был уже отцепиться, но от ступора не мог разжать челюсти и болтался на хвосте, как бультерьер на палке, открывая глаза и сразу от ужаса закрывая их.

Змеедух снова распахнул пасть, явно намереваясь Люка заглотить, — и его светлость обхватил хвост лапами, да еще и обвил своим хвостом, сжимая клюв еще сильнее. Не станет же небесный гад жрать сам себя. Тот угрожающе пощелкал зубами почти вплотную, но не решился хватать, раздраженно пошел волнами — и вдруг рванул с места, то и дело встряхивая хвостом и совершая дикие виражи. То он несся вниз и перед самой землей взмывал вверх, едва не впечатывая в нее Люка — и поднимая за собой во тьме деревья с корнями и куски почвы; то причудливо вилял в облаках, заставляя их светиться электрическими разрядами и расходиться серебристыми стенами, то поднимался так высоко, что у его светлости от холода еще больше сводило челюсти и лапы, и он, несчастный, замерзший и в то же время с ума сходящий от адреналина, что-то восхищенно и умоляюще выл в воздушный хвост. Глаза у него наверняка были вытаращены, как у лягушки, на которую наступили, но он все сильнее вцеплялся в стихийного змея, потому что отцепись он, и от скорости, с которой несся дух, его бы размазало по земле или вышвырнуло в безвоздушное пространство.

Долго продолжались эти небесные скачки — Люк то просил остановиться, то орал от восторга, — когда наконец огромный полупрозрачный дух выдохся и замер. Его светлость неверяще разжал лапы. Все так же раздраженно дрожали чешуйки-перышки-ветерки вокруг большого тела, мерцающего серебром в ночи, все так же оно шло волнами — не захватывающими хвост, — а дух смотрел на герцога сияющими глазами и задумчиво молчал.

Раздалось оглушительное шипение — и рядом с духом, сплетаясь с ним телами, показались десятки таких же гигантов, и через несколько минут Люк висел на одном из хвостов целого небесного змеиного клубка, который извивался, светясь перламутровыми переливами.

"Надоедливыйссс сссчервяк, — многоголосо прошуршало у него в голове. — Опятьсссс ты?"