Книга Королевская кровь. Книга 9, страница 100 – Ирина Котова

Тридцать первое марта по времени Туры, Лортах, Максимилиан Тротт

Когда солнце почти ушло за горизонт, а небеса из багровых стали фиолетовыми, Макс Тротт был уже сильно ранен и измотан. Но еще держался. Еще двигался в скалах, давших ему небольшое преимущество — его не могли окружить толпой. Он подволакивал ногу, в теле торчало несколько стрел, один глаз ничего не видел, в голове звенело — получил вскользь дубинкой. Но он еще мог сражаться — и сражался, вырезая преследующих его одного за другим.

Вот и сейчас, в очередной раз вырвавшись из окружения и положив трех врагов, он укрылся за теплым камнем, наскоро перевязывая холстиной рассеченое плечо и слушая, что творится поблизости. Враги боялись его и поэтому медлили. Враги не хотели умирать.

Но и он устал и стал ошибаться. И если не умрет от потери крови, рано или поздно пропустит последний удар.

Над ним загудел раньяр — и Макс вяло удивился этому, "стрекозы" неохотно и редко летали в сумерках. И пусть видимость еще не требовала ночного зрения, дело явно клонилось к ночи.

Гул затих, и Макс насторожился. Слишком долго никто не шел в атаку.

А через мгновения раздался зычный крик.

— Эй, Охтор. Ты, говорят, здесь? Зализываешь раны?

Макс усмехнулся, продолжая обматывать руку. Сейчас наверняка под болтовню обходят его со сторон.

— Выходи, колдун. Посмотришь, кого я тебе привел.

Макс замер. Рука вдруг задрожала, в ушах зазвенело сильнее, и сильнее навалились и боль, и усталость.

— Беленькая, сладкая. Сладкие-то девки у вас, правда? Что скажешь, попробовать мне ее сейчас? А пряталась-то как ловко, хорошо, что я перепроверить решил.

Он молчал, напряженно слушая, пытаясь расслышать другой голос.

— Позови его, девка.

Звук удара, от которого Макс дернулся, будто ударили его. Молчание.

— Говори, глупая баба.

Звук удара. Молчание. Свист плети и тонкий, едва слышымый вздох-вскрик.

— Выходи, колдун. Насмерть забью бабу твою.

Вскрик Алины. Ее вскрик. И ругательство с хохотом.

— Укусила, бешеная тварь. Ну надо же. Ах ты… Колдун. Слышишь, колдун? Я сейчас кишки из нее наверчу. Знаешь, что наверчу. Выходи.

Макс закрыл глаза и провел ладонью по лицу. И выдохнул.

Боги, как же ты попалась, девочка. Как?

— Иди сюда, — заорал он нору в ответ, — попробуй из меня навертеть. Из бабы-то каждый сможет. Иди, умрешь как воин, а не как собака.

— Не бережет он тебя, девка, — с усмешкой сказал Хенши. — Условия ставит. Зови его.

Снова удар плети. Всхлип, словно проглоченный, придушенный принцессой. Он слышал ее тяжелое дыхание и сам дышал тяжело. Ему не обойти их, чтобы напасть и попробовать отбить, да и Алину успеют убить раньше.

— Упрямая баба, — громко похвалил ловчий. — Но у меня заорет. А может кровь ей ножом пустить, колдун? Или палец отрезать? Или ухо? Ууу, кожа тоненькая, гладенькая. У жрецов она быстро умрет, без боли, а я всю ночь могу ее на кусочки тут нарезать, тебе на радость. Выдержишь?

Макс снова выдохнул. И выступил из-за скалы. Отсрочка, нужна отсрочка. Выиграть время и ее жизнь. Оценить обстановку.

Нор Хенши стоял в расщелине между скалами, в которой лежало несколько трупов, держал Алину за волосы спиной к себе, прикрываясь ею, и легко водил ножом ей по горлу. Принцесса, с кровоточащей ссадиной и синяками на лице смотрела на Тротта огромными сухими глазами, в которых плескались страх, боль и безнадежность. Вокруг стояли наемники, целясь в Макса из арбалетов.