Онлайн книга «Королевская кровь. Книга 8»
|
Охранница остановилась у кресла, и Талия, улыбнувшись очередному участнику, склонила голову, показывая, что готова слушать. — Простите, моя царица, - шепнула женщина почтительно, - госпожа говорит, очень срочная и важная новость. Талия сдвинула брови, но поднялась - и старшая дочь, Антиопа, мгновенно переключила внимание толпы на себя, бросив следующей участнице белую ленту в знак поддержки. Народ восторженно взвыл, а царица тихо вышла из ложи в опоясывающий стадион коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь, и вместе с Дареией направилась к окну. — Моя госпожа, - напряженно доложила генерал. - Тяжелые новости. По нашим сведениям, около двадцати минут назад на церемонии прощания в Лаунвайте произошел взрыв. Все присутствующие погибли, включая его величество Луциуса и его величество Гюнтера… охрана стадиона усилена, здесь все проверено, но все же прошу вас вернуться с семьей во дворец Зеркалом… Талия побледнела, кивнула, разворачиваясь - нельзя было отлучаться надолго, чтобы не обижать народ… и ее оглушило взрывом, сбило с ног, выбрасывая с разрушившейся стены стадиона - и через секунду вверх, под истошный ор испуганных, рванувшихся к выходам людей поднялась огромная чайка, пронзительно, яростно вопя от горя. На месте царской ложи дымился огромный провал. Погодный купол разрушился, и мощный ливень хлестал по полю, а столб дыма ураганным ветром дергано уносило в сторону моря, пригибая почти к самой земле. Сквозь гарь и мглу видно и слышно было, как с истерическим ржанием носятся по полю обезумевшие лошади, калеча людей и натыкаясь на стены. Талия, пришедшая в себя в крепких объятьях ветра, закричала, завопила, камнем падая вниз так низко, как смогла, пока почти не стала терять от дыма сознание; и то, что она увидела на месте царской ложи, заставило ее взвыть, мечась в стороны - и от резких взмахов ее крыльев начало сходить с ума и море, поднимаясь гигантскими волнами, обрушиваясь на берег невиданными валами. Царица спустилась еще, прижалась к изуродованному телу старшей дочери, пачкаясь в крови и саже, и снова поднялась вверх, кружась, как обезумевшая. И снова рухнула вниз, не обращая внимания на усиливающиеся крики людей. Дочери… мужья… зятья… охранницы… — Ан-ти-о-па! - кричала чайка, как молитву повторяя имена своих детей. - Ла-ри-сса! Кас-си-о-пея! Богиня, моя богиня, да за что же?!!! Кровь тех, кого она растила и кормила грудью, кого обнимала и в болезни, и в радости, заставила ее обезуметь - и тело инстинктивно, чтобы избавиться от боли, бросило ее к морю. Царица, пролетев над чудовищными волнами, рухнула в зеленоватую прозрачную воду, обезображенную пеной - но и там не нашла она покоя. Зеваки, собравшиеся на набережной, оттесняемые оцеплением, наблюдали, как далеко впереди бушующий океан наливается ядовитой сияющей зеленью, а огромные валы с ревом, в котором ясно слышался невыносимый, горький, тонкий женский крик, поднимаются все выше и неохотно, сталкиваясь, начинают двигаться по кругу, образуя гигантский водоворот, иссекаемый ливнем. От пристани с режущим уши скрипом и скрежетом начало отводить, а потом и отрывать яхты и корабли, которые, как щепки, пошли по дуге … а из центра водоворота поднялась в воздух огромная, словно сотканная из воды и тумана, женщина с прозрачными крыльями за спиной. На месте глаз были у нее черные провалы - а вместо рук из плеч исходили десятки водяных плетей, шевелящихся, как щупальца осьминога. |