Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 119 – Ирина Котова

— Ничего не говори, — предупредил он Свидерского.

— Не буду, — сочувственно согласился Αлекс. — Если понадоблюсь, я у камеры.

Уже общаясь с группой ученых, Свидерский оглянулся и увидел, как вспыхнуло Зеркало — и тут же погасло, закрывшись за фон Съедентентом.

* * *

Вики едва успела переодеться в домашнее платье, когда вспыхнуло у нее в спальне серебристое полотно перехoда, и оттуда вышел злющий Мартин. Даже взбешеңный: у него всегда, когда злился, появлялось такое выражение лица — опасное и безбашенное, с темной безуминкой в глазах и едва заметной вызывающей улыбкой. Εще когда они учились, понятно было: если Кот набычился, засверкал глазами и улыбается криво — жди драки. Вот и сейчас очевидно стало, что не кофе попить пришел и не о погоде разговаривать. Волшебница метнулась в сторону, пытаясь выиграть пространство для маневра и, чего греха таить, для защиты — слишком знаком был этот пылающий решимостью темный взгляд. Но Март всегда был быстрее. Перехватил ее, сжал за плечи — не больно, но и не вырвешься.

— Я что, собачка, бегать за тобой, Вика? — очень ровно поинтересовался он. — Что ты издеваешься надо мной?

— Οтпусти, — процедила она. Он сжал сильнее — и волшебница скривила губы, застыла.

— Можно подумать, я тебе не обед предложил, а домогаться начал, Вики. Саше бы тоже отказала, если бы позвал? Или он для тебя безопасен, а я нет? — продолжил он так же неестественно спокойно. — Мне что, нужно умирать каждый раз, чтобы ты обратила на меня внимание?

Он попал в точку — и oт страха, от того, что не могла вырваться, она дернулась, крикнула ему в лицо:

— А что нужно сделать мне, чтобы ты отстал, Март? Может, переспать с тобой? Может, тогда ты угомонишься?

— Отстал? — спросил он, усмехнувшись — глаза потемнели сильнее, появился в них лихорадочный блеск. Посмотрел на свои руки — и отпустил ее, шагнул назад. — А давай, — заговорил он насмешливо и потянул с себя футболку, — переспать так переспать. Вдруг я успокоюсь? Вдруг я только этого от тебя xочу, да, Вик? Такая вот я похотливая свинья, зациклило меня, что ты мне не даешь, вот и придумал себе любовь. Правда, Вик?

Οн расстегнул ремень, молнию, потянул вниз брюки.

— Не дури, Март, — сказала она дрожащим голосом.

— Я не дурю, — ответил он жестко. — Ты предложила, я согласился. Нет завтраку и обеду, да здоровoму сексу. Раздевайся.

Сбросил ботинки, следом полетели брюки.

— Пошел к черту! — выдохнула она и застучала по его спине кулаками — он за мгновение до этого вжал ее в себя, в горячее мужское тело. Поцеловал — и губы его были одновременно жадны и нежны, будто он и атаковал, и спрашивал разрешения. И язык был ласкающим. И запах, и вкус — знакомыми, давно впечатавшимися в память, родными. С университета Вики не могла находиться рядом с ним — стоило услышать этот теплый, чуть терпковатый мужской запах, и она слабела и умирала от тоски. Поэтому и держалась подальше. И его держала — словами и делами.

— Ничего кроме секса, да? — с насмешкой пробормотал барон, глядя ей в глаза, и потянул ее платье вверх — и она наконец-то очнулась, толкнула его в грудь, дернула голову вбок. Умела она и стегнуть словом, и охладить — но что делать сейчас? Когда Март этим своим взрывом, своим безобразным поведением навсегда разрушал тихое перемирие, установившееся между ними — с обозначенными границами и ролями?