Книга Королевская кровь. Книга 5, страница 96 – Ирина Котова

— Боги, — Катя резко затормозила. — Вы что, похитили моих детей? Вы похитили моих детей?!!!!

Она сорвалась в истерику и полезла в драку. Колотила мужчину по лицу, по плечам, — он только отмахивался, — расцарапала ему лицо под полумаской, ухватила за волосы, пока он не поморщился и не выкрутил ей руку за спину — и отжал от себя, от своего плеча, потому что она вцепилась в него зубами, оставив на куртке след алой помады.

— Немедленно верните их, слышите!!! — кричала она ему в лицо. — Вы что, не понимаете, что им страшно? Да что же вы за люди!!! Верните их! Верните!!!

Мужчина скучающе смотрел мимо нее на проезжую часть — вокруг них объезжали машины, раздраженно и оглушительно сигналили — в столице вечер, гололед, пробки, да еще и какая-то сумасшедшая пара решила выяснять посреди шоссе отношения.

— Успокойтесь, — процедил он сквозь зубы. — Дети… считайте, в санатории. Им объяснили, что мама занята и недельку они побудут там. Няне все донесли, пугать девочек она не будет. Теперь все зависит от вас.

— Я не буду ни о чем договариваться, пока они не возвратятся домой, — неожиданно твердо даже для самой себя проговорила Катя. Ее трясло.

— Будете, — усмехнулся похититель. — Трогайтесь, герцогиня. Продолжим, раз вы успокоились.

Она не успокоилась — она отупела и только и думала, как, к кому обратиться, чтобы вызволить девочек.

— Крайне не рекомендую делать глупости, — продолжил незнакомец, словно читая ее мысли, — и рассказывать кому бы то ни было о том, о чем мы с вами поговорим сейчас. Потому что тогда детей вы не увидите.

— Чего вы хотите? — мертвым голосом спросила Екатерина.

— Вот уже пошел деловой разговор, — удовлетворенно отметил похититель, и она вдруг отметила слабый блакорийский акцент — как у Мартина. — Нам нужны ваши связи, госпожа Симонова. Вы близки с Мариной Рудлог и работаете на господина Свидерского. Нам нужны оба, но по понятным причинам мы не можем к ним приблизиться. А вы — можете. У вас есть неделя. За две недели вы должны организовать встречу с вашей подругой в указанном нами месте. И в другое место в конце этой недели привезти господина Свидерского. И там дать ему вот этот порошок — он достал из кармана пакетик и повертел его в пальцах.

— Вы сумасшедший, — потерянно и жалко проговорила Катерина. Сняла полумаску, вытерла ладонью мокрые щеки, потерла глаза — тушь попала под веко, и жутко щипало. — Я не пойду на это. Не пойду, слышите?!!

Мужчина равнодушно пожал плечами и одними губами проговорил: «Дети». И она снова заплакала.

— Пожалуйста, — умоляла она, жалобно глядя на него, шмыгая носом, — не заставляйте меня. Пожалуйста! Не заставляйте меня делать подлость, пожаалуйстааа… Я люблю Марину… Я не могу! Не могу! Прошу вас… Я хочу жить, понимаете? Я хочу нормально жить! Оставьте меня в покоееее… — она выла и всхлипывала, — пожалуйста… просто оставьте меня все в покое… отдайте детей, прошу! Прошу вас!.. как же мне надоело… Боги, да за что же мне это?

Она снова остановилась, рыдала, просила, и мужчина терпеливо ждал — даже носовой платок ей подал, который она швырнула ему в лицо.

Наконец, она затихла, уткнувшись лбом в мокрый кожаный руль, только плечи мелко вздрагивали да руки побелели. Боги, зачем, зачем она придумала себе эту работу? Почему не сидела с дочерьми дома? Почему не уехала в монастырь, как хотела, ведь чувствовала же, что нужно!