Книга Королевская кровь. Книга 5, страница 230 – Ирина Котова

Если кто-то здесь имеет доступ к материалам или сам лорд Дэвид как-то связан с убийцами (хотя вероятность этого крайне низка) — не помешает их успокоить.

— Мой вам совет, — очень сухо сказал инляндец на прощание. — Уезжайте в Вейн, он достаточно укреплен. И переждите там.

— Я подумаю, — так же сухо ответил Люк, и они с неудовольствием пожали друг другу руки. Через несколько минут герцог Дармоншир, раздражаясь из-за усиливающейся боли в плече и локте, уже выруливал с парковки дворца, направляясь домой.

Он уже несколько дней как очнулся от виталистического сна — и единственное дело за это время, которое завершилось удачно, не относилось к расследованию. Он посетил, как и собирался, Лесовину, затем Блакорию, и вернулся очень довольный. Все получилось просто идеально.

А вот все остальное не так радовало.

Захваченный Альфред Дьерштелохт, как и его люди, все еще находились в камерах замка Вейн. Никто не вламывался к Люку с требованием освободить их или с угрозами. Видимо, принц Лоуренс Филипп так впечатлился тем, как выглядел герцог при их последней встрече, что понял — болтать об этом не нужно.

К сожалению, помощники блакорийского барона сказать могли немного, хотя Леймин очень старался, выуживая из них информацию. Был приказ, они его выполнили. Мотивы, причины им никто не объяснял.

Зато из общения с бароном сразу после его захвата Люк сделал необходимые выводы. Первый — против него работает очень сильный менталист, который поднаторел во внушении. Возможно ли, что это Темный, как Соболевский? Или кто-то из белой аристократии, скрывающий свое умение? Точно можно было сказать, что это не высокородный йеллоувинец — хотя они и сильнее всех в ментальной родовой магии, на охоте точно ни одного сына Желтого ученого не присутствовало.

Или же преступник — кто-то из классических магов-менталистов? Мог ли он же насылать проклятия на аристократов из списка наследования?

Второй вывод — похоже, убийства аристократов и покушения на него, Люка, связаны.

Третий — злоумышленник или его сообщник явно из окружения барона. И очень Люк подозревал, что не обошлось тут без участия старшего Дьерштелохта.

Ну и четвертый — он, Люк, представляет собой какую-то опасность. Но какую и для кого? Прав ли Тандаджи, предполагающий, что покушения связаны с особым вниманием короля Луциуса к новоиспеченному герцогу и это просто политические игрища?

Были и другие выводы, смутные подозрения и целый ворох версий, которые он и собирался проверять.

А еще он снова отложил в копилку памяти и уберегший его от выстрела, самостоятельно возникший щит (второй или третий раз, считая случай на охоте?), и так внезапно и удачно налетевший ураган. Последнее было слишком даже при том, что его любит удача. Факты и странности копились, и он давал им отлежаться, не торопясь раскрывать и эту загадку. Сейчас важно было другое.

Через час его светлость сидел у себя в кабинете, снова разложив перед собой записи. Люк опять начал наносить визиты. Теперь — живым и здравствующим аристократам из первой двадцатки списка наследования, разбавляя их не относящимися к делу встречами — чтобы никто не обнаружил закономерность. Вел светские беседы, мягко переводил тему на общих знакомых — а дальше было дело техники:

«Как трагически погибла мать Таммингтона. Нелепейший несчастный случай. Я сам однажды поскользнулся на ровном месте и чуть не свернул себе шею, представляете?»