Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 17 – Ирина Котова

«И, наконец, происшествия. Вчера ночью столица проснулась от громкого магического представления. Тысячи горожан наблюдали за ночным действом, которое, несмотря на красочность, произошло в нарушение городских административных норм, в частности закона о тишине. Глава фирмы-организатора уже задержан и дает показания. И все задаются вопросом — кто же заказчик и кто та таинственная девушка, которой предназначалось это послание? Как бы ни было впечатляюще произошедшее, хотим напомнить, что подобные акции допустимы только с согласования с властями города и уж конечно не в то время, когда все уже спят.»

Иоаннесбург, королевский дворец, Люк Кембритч, суббота

Без пяти минут одиннадцать лорда Лукаса Дармоншира, выглядящего так респектабельно, что даже его дворецкий не нашел бы, к чему придраться, провели в кабинет первой принцессы дома Рудлог, предложили чаю и сообщили, что Ее Высочество сейчас подойдет. Дворец Рудлогов, в отличие от резиденции Инландеров, не производил впечатления соединенных коридорами темных каморок, а был высок, светел и пышен — но не до раздражения. И дышалось в нем легче.

Может, конечно, дело было в том, что Марина была здесь? Люк, шагая от парадного входа по широкому коридору, с некоторой ностальгией прошел мимо двери в Зеленое крыло, покосился дальше — в сторону покоев королевской семьи, улыбнулся едва заметно, но тут же подобрался, сосредоточился. Разговор точно предстоял непростой: он не мог уклониться от брака, но рассчитывал, что принцесса осведомлена о прошлых скандалах и проявит достаточно здравого смысла. А что касается его обещаний в Храме Всех Богов… Люк усмехнулся. Раз до сих пор его не ударило по темечку молнией, то можно было, наверное, надеяться, что перед Великими Стихиями он чист и что все его действия — и скандал на посольской встрече, и свидания с Крис, и вспышки рядом с Мариной — не были засчитаны как нарушение данного слова.

Ее Высочество Ангелина Рудлог появилась через две минуты, сухо кивнула на учтивый поклон вставшего жениха, милостиво протянула ему руку для поцелуя и предложила садиться.

Он с некоторым изумлением разглядывал ее — хоть и видел фотографии и видео уже после возвращения, но вживую… Разительная перемена. Невысокая, ниже Марины, очень худая, сдержанная, с тщательно уложенными светло-льняными волосами, она выглядела бы совершенным ребенком, если бы не тяжелый взгляд ледяных глаз, не развернутые плечи и сильный подбородок, не холод, исходящий от нее, и не голос — звучный, глубокий, уверенный. Таким бы полки и батальоны в бой бросать, а не замужество обсуждать. Маленькая, да, но не хрупкая — хрупкость предполагает уязвимость и нежность, а здесь их не было и в помине.

Но манеры были прежние — никакой женской томности, прямой взгляд, скупые движения. И в кабинете с момента их прошлого разговора ничего не поменялось, разве что бумаг добавилось.

— Приношу свои извинения, что не ответила сразу же на ваше приглашение пообщаться, лорд Лукас, — сказала она спокойно. — За время моего отсутствия накопилось много срочных и важных дел.

Люк уловил настрой и тут же сам перестроился, так же сдержанно и вежливо улыбнулся. Первый знак нерасположения — вопрос замужества к делам важным и срочным ее высочеством не отнесен. Обнадеживающий знак.