Онлайн книга «Королевская кровь. Книга 2»
|
— Понятно, — поспешно согласилась я. — Какой ты все-таки грозный по утрам. Может, все-таки спать? — Все равно уже не засну, — он куда-то зашагал, — так что давай, используй своего безвольного друга. — Хочешь, я накормлю тебя завтраком в ресторане? Рядом с ипподромом есть чудное место, «Копытца». Мне очень-очень стыдно, правда, — призналась я, заходя в ванну. — Это хорошо, — из трубки раздался звук зашумевшего душа, — значит я правильно изобразил страдальца. Тобой так легко манипулировать, Высочество. Я прямо почувствовал себя злодеем. Я возмущенно фыркнула, и он злодейски захохотал в трубку. — А насчет завтрака, — блакориец отсмеялся, зашуршал чем-то, — так и скажи, что жаждешь поскорее меня лицезреть. — В этом можешь даже не сомневаться, — произнесла я немного невнятно, потому что в этот самый момент откручивала зубами колпачок с зубной пасты. — Тогда могу прийти к тебе сейчас, — сказал он очень низким порочным тоном, но было понятно, что при этом улыбается во весь рот, — примем вместе душ, разделим полотенце… — Боюсь, моя горничная не вынесет тебя в половинке полотенца, — прошепелявила я. Паста во рту холодила и нетерпеливо ждала щетки. — Так что давай через полчаса. Я тебя покормлю, потом арендуем тебе самую смирную и хорошенькую кобылку. А вечером, обещаю, держать за руку буду очень нежно. Он отключился, и я усердно заработала щеткой. Вот почему с ним так легко разговаривать? Никакого напряженного молчания, никаких истерических ощущений. Шуточки у нас довольно откровенные, и все равно — никакой неловкости. А вчера я только от звука голоса одного побитого Кембритча чуть с ума не сошла. Это невыносимо — так злиться на него, и при этом знать, что он в одном с тобой городе, в десяти минутах езды от дворца, что достаточно нажать на кнопку телефона и услышать его. И ненавидеть себя, потому что никак не можешь забыть. «Тебе просто нужно переспать с ним и избавиться от наваждения.» Я чуть щетку не проглотила. «Восхитительная идея.» «Ты понимаешь, что не сможешь строить другие отношения, пока не избавишься от него в своей голове?» «Но… возможно…» Мне было страшно додумывать мысль и я дернулась к душу, включила зачем-то воду, хотя изо рта еще торчала щетка. Потом вернулась, глянула прямо и жестко на себя в зеркало. «Трусиха.» «…возможно, я не хочу от него избавляться.» «Он же для тебя ничего не значит.» — Верно, — твердо сказала я вслух. Внутренний голос хмыкнул. «И простить не можешь.» «Не могу. И не прощу.» Из запотевшего зеркала на меня смотрела самая глупая женщина в мире. Конь встретил меня ласково и немного укоризнено — хотя с ним и занимались, и гуляли в мое отсутствие. Поначалу немного заартачился, показал обиду, но затем спокойно дал себя оседлать и весьма бодро вышел на дорожку. Мартин забраковал предложенную смирную кобылку, и, сообщив мне, что вообще-то он с пяти лет в седле, выбрал себе серого красавца с надменной мордой. Жеребцы ревниво косились друг на друга, но слушались, а я с наслаждением чувствовала, как вспоминает тело правильную посадку, положение ног, упор ступней, как руки правильно ложатся на поводья, словно и не было этого перерыва. Через полчаса я так осмелела, что пустила своего Пастуха вскачь, и даже взяла один барьер — для младших учеников. Конь презрительно фыркал, но я была счастлива. |