Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 100 – Ирина Котова

— Если ты не пойдешь со мной по клубам, — заявил он мне, когда мы ехали обратно из торгового центра, и на заднем сиденье тряслись пакеты с покупками, — забудь про моего Зверя. В конце концов, ты регулярно обнимаешь меня за талию, должен же я иметь легальную возможность подержаться за твою.

Зверем он называл свой мотоцикл, и это имя урчащему и ревущему металлическому монстру подходило очень удачно.

— Не прибедняйся, — фыркнула я, — за мою талию ты держался не меньше, чем за другие части тела.

Март тряхнул волосами и засмеялся своим теплым смехом:

— Не могу поверить, Марина. Как гнать под двести, пугая законопослушных автолюбителей, так тебе ничего не страшно. А пойти подвигаться под ритмы и биты в темноте — так в тебе просыпается принцесса-трусиха? И зря я, что ли, торчал у примерочных, пока ты себе платья выбирала? Ты бы видела глаза продавщиц, они мне были готовы уже подушку и одеяло на скамейку принести, так я зевал.

— И самим рядом лечь, — проворчала я, глядя на дорогу.

— У них не было шансов, — заверил меня блакориец. — Я слишком хотел спать. И боролся с желанием стащить с кассы карандаш и написать над дверьми вместо „примерочные для женщин“ — „пыточные для мужчин“.

Я тоже засмеялась. С ним было легко.

— Ты с таким лицом входила в торговый центр, будто не за платьем идешь, а за бомбой, — вдруг сказал Мартин. — Что случилось?

— Кембритч со мной случился, — буркнула я. — Ты не видел, его машина рядом на перекрестке остановилась. Я чуть газ с тормозом не перепутала от неожиданности. Ладно бы был один, так нет, с какой-то куклой, похожей на реалистичную модель резиновой женщины. Три большие „Г“ — губы, груди, глупость.

— Ревнуешь? — маг сочувственно посмотрел на меня.

„Ревнуешь“, — подтвердил внутренний голос. Они вообще часто пели с Мартином в унисон. Иногда я думала, что они могли бы стать лучшими друзьями.

— Злюсь, — я посигналила какому-то нехорошему человеку, решившему перестроиться без включения поворотников. — Он вообще-то официально еще жених Ангелины. И пока она где-то у ящеров, он быстро нашел замену.

Мартин помолчал.

— Он не похож на человека, который клюнет на глупость. Извини, Марина.

— Там еще две весомые „г“ прилагаются, — я свернула в переулок. — И откуда я знаю, может, она просто выглядит так, а на самом деле имеет степень по высшей математике. По твоей Виктории тоже не скажешь, что она боевой маг. Ей бы в актрисы или модели с ее-то красотой.

— Угу, — отозвался Мартин.

Я искоса глянула на него. Установившаяся между нами с первых встреч откровенность, даже обнаженность какая-то, сильно сблизила нас. Я вообще никогда ни с кем не была так открыта. И откуда-то знала, что могу ему доверять и что он не сделает мне больно никогда.

„У нас с тобой почти сеанс парной психотерапии“, — сказал он мне после последних ночных „покатушек“, когда я, разгоряченная и взбудораженная, сидела на перилах огромного Константиновского моста через реку Адигель, чернеющую далеко внизу. Мост светил огнями и вибрировал от потока машин, мотоцикл стоял на тротуаре и мешал прохожим, но нам было все равно — мы самозабвенно целовались и Мартин крепко держал меня, чтобы я не свалилась от переизбытка чувств.

Наверное, так оно и было. Спасение друг в друге.

— И что ты решила? — голос блакорийца оторвал меня от приятных воспоминаний. — После сегодняшних пыток я настаиваю на компенсации. Не трусь. Мы со Зверем презираем трусишек.