Книга Любовник королевы фей, страница 94 – Ната Лакомка

— Сейчас ты пропустишь меня, и никому не скажешь.

— Нет! Нет! — закричала Лита. — Я все расскажу милор…

Я бросилась на служанку и зажала ей рот ладонью.

— Только посмей рассказать отцу, — сказала я свистящим шепотом. — Я поднимусь на круглую башню и спрыгну вниз, но не достанусь Намюру. Я сама решаю, кто станет моим возлюбленным.

Лита обмякла и заплакала. Я медленно отпустила ее, боясь, что она снова закричит, но служанка села на пол и уткнулась в передник. — Если у вас такая с ним любовь, то почему он не придет к милорду и не попросит вас? — еле выговорила она сквозь рыдания. — Зачем он порочит вашу честь? Я ненавижу его!

Увидев ее в таком искреннем горе, я почувствовала угрызения совести. Встав рядом с Литой на колени, я обняла ее, тесно прижавшись:

— Не плачь, он здесь ни при чем. Я сама все решила. Я люблю его, понимаешь?

Люблю больше всего на свете. Но мы не можем быть вместе. — Почему это? — спросила она, всхлипывая.

— Есть причины, — я ласково погладила ее по мокрой от слез щеке. — Просто сделай, как прошу. И ни о чем не спрашивай.

— Я пойду с вами, — сказала она, поднимаясь.

Но я не позволила. Сегодня мне не нужны были провожатые, потому что сегодня я собиралась преступить все человеческие законы, и никто не должен был помешать моему решению.

Я оставила плачущую Литу в спальне. А сама бесшумно прошла по коридорам замка, выскользнула с черного хода и побежала по улицам города, пряча лицо под капюшон плаща.

Стукнув в двери караульной, у городских ворот, я натянула капюшон до самого носа, а когда стражник выглянул, постаралась изменить голос:

— Ты выпустишь меня, а потом впустишь, — сказала я, протягивая ему серебряную монету.

Она исчезла в заскорузлой руке быстрее, чем я успела моргнуть.

— Только поосторожней на дорогах, — посоветовал стражник, приоткрывая для меня ворота, — не знаю, куда там смотрит твой дружок, но я бы такую не заставлял шляться по ночам. Может, передумаешь и останешься? Деньги верну.

Но я не ответила и выбежала за ворота.

Теперь я могла найти дорогу до ручья с закрытыми глазами. И ночной лес не пугал меня, потому что звучала флейта, и я знала, что там, в темноте, меня ждет Тэмлин.

Луна поднялась над кронами дубов, когда я вышла к заветной поляне. Конечно же, эльф был там и ждал меня. Белый конь с бубенчиками в гриве пасся на взгорке, а Тэмлин сидел на камне у самой воды и наигрывал знакомую мелодию. Он был без рубашки, и волосы рассыпались по плечам, играя бликами в лунном свете. Он показался мне таким нереальным, таким далеким и сказочным, что я испугалась — не придумались ли мне последние дни?

— Тэмлин! — позвала я, боясь, что он исчезнет, как эльфийский колдовской туман.

Музыка оборвалась на полутакте, Тэмлин вскочил, роняя флейту и протягивай ко мне руки, а я бросилась через ручей как была — не снимая ни туфель, ни чулок, и тут же промокла до колен. Тэмлин подхватил меня на руки и тут же поцеловал — жарко, крепко, сжимая меня в объятиях.

— Помнишь, что ты говорил в первый день нашей встречи? — выпалила я на одном дыхании, когда он на секунду оторвался от меня.

— Ты пришла ночью, чтобы спросить, помню ли я? — спросил он и тут же продолжил поцелуи.

Но я заставила его остановиться, уперевшись ему ладонями в грудь.

— Ты сказал, что однажды я приду к тебе и попрошу взять меня на этой поляне, среди роз.