Книга Любовник королевы фей, страница 21 – Ната Лакомка

— На красавчика! — ахнула Лита.

— Прямо носом в него вмазалась, — ответила я на деревенском жаргоне.

— Леди такие говорят…

— И что он только там делал, в лесу? Ладно, деревенские бродят, но лорд…

— Вы же тоже там бродили, — лукаво сказала Лита, вытирая мне ноги.

— Думаешь, он тоже решил погадать о суженом у Эльфийского камня? — серьезно спросила я, и мы с Литой дружно засмеялись.

— Ложитесь-ка вы спать, — сказала служанка. — Уже поздно, а милорду я передам, что вы пришли рано, потому что устали.

— Потому что благородные леди не могут веселиться до утра, — сказала я, устраиваясь в мягкой постели и подкладывая под щеку сложенные ладони. — Не то что моя мачеха — она-то готова скакать всю ночь напролет.

— Да оставьте вы уже леди Элеонору в покое, — беззлобно рассердилась Лита.

— Она еще себя покажет, — пообещала я, прежде чем закрыть глаза и провалиться в сон.

Утро после праздника выдалось дождливым.

Я проснулась и увидела серую пелену за окном. Несколько осыпавшихся роз стояли в чашке возле моей кровати. Дотянувшись, я взяла одну розу и поднесла к лицу, вдыхая сладкий аромат. Не приснились ли мне вчерашние события?

Манящий голос флейты, поцелуй эльфа, встреча с лордом Рупертом…

Странно, что лорд Руперт припомнился мне последним. А ведь это и было самым интересным. Если гадание получилось, то я встретила своего суженого. И он поцеловал меня. Лорд Руперт… Я попыталась вспомнить его приятное лицо, голубые глаза и светлые волосы, но почему-то упорно представлялся совсем другой образ — мужчины черноволосого и темноглазого.

Вскочив с постели, я пробежала к окну и посмотрела в сторону Картехогского леса.

Гуляют ли эльфы под дождем? Или прячутся в норах, как лесные обитатели?

Он сказал, что если я приду просто поговорить, то подарит мне корзину роз. Но я ведь не приду. Ни за что не приду. Потому что всем известно, что связываться с эльфами нельзя. Их волшебство опасно, губительно, лучше держаться от него подальше.

Завтракая, мы с отцом и мачехой сидели за трапезным столом при свечах, потому что окно закрыли ставней, чтобы не впускать сырость.

— Ты какая-то бледная, Джен, — заметил отец, нарезая хлеб. — Перепила вчера на празднике?

— Дорогой! Что ты такое говоришь?! — возмутилась мачеха.

Я улыбнулась шутке отца и заверила его, что чувствую себя прекрасно. Вчера не выпила ни капли вина, вела себя, как и положено благородной юной леди, и сейчас ужасно голодна и готова съесть кролика с лапками и хвостиком. — Леди Дженет! — возмутилась мачеха. — Воспитанные леди так не говорят.

— Простите, леди Элеонора, — ответила я без особого раскаяния.

— Видел, ты говорила с молодым Фицаланом. — сказал отец, отрывая цыплячью ножку.

— Возьми нож и вилку, дорогой, — тут же вмешалась мачеха. — И повяжи салфетку.

Отец поморщился, но повязал салфетку, как она просила, и взялся за вилку, которую не особенно любил, считая дамским капризом.

— Так что, Джен, он тебе понравился? — вернулся отец к прерванному разговору.

— Да, понравился, — признала я небрежно. — Очень неплох.

— У него ни гроша за душой, а у его отца нет даже вассальной деревни, — снова встряла мачеха. — Он не подходит для Дженет.

— Очень даже подходит, — сказала я, не давая отцу заговорить. — Как вы могли подумать, что я оставлю папу одного на старости лет? Мне как раз и нужен такой муж, чтобы приехал в Картехолл и жил здесь.