Книга Дочь солнца, сын луны, страница 7 – Ната Лакомка

Как получилось, что после такого предательства, после того зла, что она причинила его семье, он всё ещё не может вырвать её из своего сердца? Она там, как заноза. Как мелкий камешек. Вроде бы незаметно, но истерзает до безумия.

А сейчас он, действительно, был близок к безумию.

Он, славившийся своей выдержкой, хладнокровием и умением сдерживать чувства, сейчас творил такое, чему теперь сам ужаснулся.

И это её вина. Этой ведьмы с белым и нежным лицом.

Пожалуй, он ошибся. Сяо Ян изменилась. Стала ещё красивее. Раньше её глаза были блестящими, как отполированный чёрный нефрит. Теперь она смотрела иначе. В её глазах не было блеска. Была темнота. Как чёрная ночь, в которой нет луны. И кажется, что тебя затягивает в бездну. Только эта бездна не под ногами, а над тобой, и ты летишь ввысь, летишь…

Она не испугалась, когда он пришёл.

По-крайней мере, страха не было ни на лице, ни в тёмных глазах.

О чём она думала? Почему не вступилась за отца?

Вспомнился её тихий, почти спокойный голос: остановись, Джиан… не сходи с ума…

Вот только Джиана уже нет. Она убила его. Так же верно, как убила его отца.

Дочь солнца!..

Сейчас он волок эту дочь солнца, словно овцу.

Он снова дёрнул верёвку. И снова почувствовал Сяо Ян по ту сторону. Она рядом. Она здесь. И он заставит её за всё заплатить. Заставит мучиться так же, как мучился он все эти годы.

Дом семьи Лэй назывался «У водяного дерева», потому что возле входа росло водяное дерево, которое посадил первый Лэй, когда получил в награду от императора титул и дом в столице. Красные ворота были открыты, в свете фонарей отразились начищенные до блеска медные дверные молоточки, справа и слева от входа покой семьи охраняли каменные львы.

Свадебная процессия остановилась, генерал Дэшэн спрыгнул с коня и перебросил поводья Цзы Ханю.

— Все свободны, возвращайтесь в казарму, – сказал генерал солдатам и потянул верёвку сильнее, заставляя Сяо Ян подойти и встать рядом с ним.

Вид у «дочери солнца» был жалкий. Волосы растрепались, краска на губах размазалась, корона держалась косо, и подвески закрывали левый глаз. Одну туфельку она потеряла по дороге, на второй вышивку невозможно было разглядеть из-за пыли.

Из раскрытых ворот выглянули удивлённые слуги. Кто-то сразу убежал, крича: «Старшая госпожа! Старшая госпожа! Господин вернулся!».

Генерал развязал узел, и Сяо Ян потёрла запястья, на которых остались красные следы. На тыльной стороне ладони виднелась небольшая ссадина.

Слишком затянул. Со злости слишком туго затянул. А у неё такая нежная кожа…

­– Заходи! – велел он грубо, пытаясь прогнать то неясное, что затрепетало в груди.

Нельзя поддаваться слабости. Нельзя вспоминать прежние чувства. Не должно быть никаких чувств. Только ненависть. И месть.

Сяо Ян поднялась по трём каменным ступеням и замешкалась возле порога. Генерал подтолкнул её в спину.

Слуги брызнули в разные стороны, как испуганные мыши.

— Вперёд, – генерал ещё раз подтолкнул Сяо Ян в спину, чтобы быстрее проходила первый двор.

Во втором дворе был разбит маленький сад – персиковые и сливовые деревья росли вокруг небольшого пруда, где плавали золотые рыбки. Несколько красивых беседок, каменные скамеечки, обомшелые валуны, возле которых звенели ручейки и водопады…

Из домов, расположенных по периметру второго двора, выбегали слуги, показался молодой господин Лэй Чжимин – брат, лишенный отцом права наследования. Следом выскочила жена брата – невестка Ван Шу из рода Фэн.